|
||
Являясь неотъемлемой частью отечественного книговедения, сибирская и дальневосточная школа обладает целым рядом особенностей, важнейшими из которых являются многовариантность подходов к изучению книжной культуры, системный анализ библиотечного и книжного дела военных лет [1. С. 12], междисциплинарные авторские коллективы. Интересующая нас проблематика разрабатывается в академических учреждениях СО РАН, Сибирском филиале Российского института культурологии, государственных университетах и вузах культуры и искусств в Барнауле, Иркутске, Кемерово, Новосибирске, Омске, Томске, Улан-Удэ, Хабаровске, Якутске. В формировании сибирского и дальневосточного историко-книговедческого направления большой вклад принадлежит Е.Б. Артемьевой, С.Н. Лютову, С.А. Пайчадзе, А.Л. Посадскову, Е.Н. Савенко, В.Л. Соскину (Новосибирск), В.В. Базаржапову (Улан-Удэ), С.М. Нарыжной (Хабаровск) и др.Необходимо также отметить деятельность старейших библиотек края в формировании источниковой базы по теме, проведении поисковой и научно-исследовательской работы в изучении библиотечного и книжного дела 19411945 гг. Центром сибирского и дальневосточного книговедения в области создания обобщающих трудов, а также диссертаций по истории книжной культуры периода Великой Отечественной войны, несомненно, является Государственная публичная научно-техническая библиотека СО РАН [1. С. 13-14, 18].Именно учеными ГПНТБ СО РАН была создана оригинальная концепция развития регионального книжного дела предвоенного и военного времени, разработаны междисциплинарные методы, позволившие вести поиски в широком исследовательском поле на «стыке» истории, источниковедения, книговедения, библиографоведения, филологии, истории педагогики и других гуманитарных дисциплин. Актуализация межотраслевого подхода была во многом связана с анализом терминологических аспектов проблемы, в частности с осмыслением таких категорий, как «книжное дело», «книжная культура», «военная книга», «национальная книга» и др.Как известно, в отечественной историографии не существует единого мнения о том, к разделам каких гуманитарных наук относится история книжной культуры. Продолжаются дискуссии о содержании и структуре самого понятия [2-5]. Активное участие в обсуждении спорных терминологических вопросов приняли сибирские и дальневосточные книговеды. В настоящее время в Сибирском и Дальневосточном регионах применяется определение книжной культуры, данное С.А. Пайчадзе в публикациях 1980-х - начала 2000-х гг. Под «книжной культурой» автор предложил понимать «уровень, достигнутый книжным делом в сочетании с исторически сложившимися традициями и реалиями в отношении народа к книге (и печати в целом) в конкретной стране (или регионе) на определенной ступени развития общества...». Она является «показателем уровня технологического развития государства и свидетельством об интеллектуальном потенциале населения, в том числе и на отдельных территориях его проживания» [6. С. 4].Удачное, на наш взгляд, определение понятия «военная книга» дано в работах С.Н. Лютова «военная книга» [7-8]. Автор считает, что военную книгу следует рассматривать не как отдельное книжное издание военной тематики или их количественную совокупность, а как многоаспектную информационно-коммуникативную систему, функционирующую в особой сфере человеческой деятельности, «содержание которой было детерминировано категориями “война”, “военное дело”, “военная наука”.» [9. С. 7-8]. Концепция автора, разработанная на основе изучения феномена военной книги XIX - начала XX столетий, может быть использована и при изучении военной книги 19411945 гг. Наиболее ценным в авторском подходе к изучению проблемы является комплексное изучение военной книги в контексте отечественной истории, книговедения и военной науки.В отличие от других российских регионов книговедческая проблематика, в том числе и периода 19411945 гг., звучала практически на всех научных конференциях, посвященных юбилеям Великой Победы (1995, 2000, 2005), на многочисленных краеведческих конференциях и книговедческих форумах (Гродековские, Ма-кушинские чтения и др.). В опубликованных статьях были рассмотрены процессы создания и использования книжной продукции, организационно устойчивые и эффективные системы книгораспространения, особенности национальной печатной продукции, тенденции развития и функционирования книги в военные годы. Примечательно, что авторы увязали вышеперечисленные вопросы с духовными процессами, происходившими в обществе в 1941-1945 гг., подчеркнули, что историю книги периода Великой Отечественной войны нельзя изучать обособленно от социокультурной среды, образования, науки и культуры того времени.Авторы ввели в научный оборот новые материалы о работе различных типов библиотек в сибирском и дальневосточном тылу. Объектами изучения стали государственная политика в области библиотечного дела, эвакуация книжных фондов, особенности сохранения основных фондов в библиотеках во время Великой Отечественной войны, условия работы сотрудников библиотек, интенсивность их труда, кадровое обеспечение библиотек, учеба библиотекарей во время войны, тематическая направленность деятельности библиотек, читательские интересы россиян в 1941-1945 гг. Ученые акцентировали внимание на следующих сюжетах: культура книгоиздания и книгораспространения [1015], история библиотечного дела [16-24], книжная культура коренных народов Сибири и Дальнего Востока [25-31], война и книга [32], читатель и чтение [3334] в военное время. Редко поднимались вопросы полиграфического и художественного оформления книги в условиях войны [35].В 1990-х - начале 2000-х гг. были опубликованы брошюры и книги по отдельным книговедческим аспектам и истории книжной культуры в целом периода Великой Отечественной войны [36-40]. Основным направлением исследовательских поисков можно считать изучение «локальных систем создания, распространения и использования книжной продукции» (С.А. Пайчадзе) в военную эпоху. Заслугой отдельных авторов, а также научных коллективов является не только ввод в научный оборот новых документальных материалов, позволивших воссоздать историю издания и распространения литературы военной тематики, но и анализ социокультурного феномена библиотечного дела, роли книги в формировании системы ценностей и мировоззренческих установок людей в экстремальных условиях войны. Панораму библиотечной жизни в тылу удачно дополнили каталоги изданий военного времени, а также обзоры иностранных книг, которые были получены библиотеками Сибири и Дальнего Востока благодаря культурному сотрудничеству СССР со странами антигитлеровской коалиции [41-42].В 1990-х - начала 2000-х гг. исследователи попытались сформулировать междисциплинарные концепции развития книжной культуры отдельных российских регионов в период Великой Отечественной войны. Безусловным достижением новейшей историографии можно считать многотомный труд «Очерки истории книжной культуры Сибири и Дальнего Востока», созданный в крупнейшем книговедческом центре России - ГПНТБ СО РАН. В данном издании впервые определена методология исследования истории книжной культуры 3060-х гг. ХХ в., которая представляет значительный интерес для изучения проблемы и на материалах военных лет. Принципиальная позиция авторского коллектива выразилась, в частности, в преимущественном внимании к анализу внутренних факторов развития книжной культуры, а именно: законам эволюции «самой системы книжного дела как общественного института, тесно связанного с многообразием истории нашего Отечества». Учитывались «культурно-социальная ситуация эпохи, которая не могла не влиять на выпуск и использование (чтение) произведений печати на территории региона»; смена политического курса; система планирования и, естественно, тотальный партийно-государственный контроль над всеми областями книжного дела [43. С. 4]. Состояние книжной культуры рассматривалось в контексте теории «культурных гнезд», или «культурных узлов» (Н.К. Пиксанов, Н.В. Здобнов и др.). Данная концепция ориентировала ученых на выявление новых граней истории книги в крае и соответственно в историческом процессе [6. С. 5, 8-9].Следует отметить, что феномен книжной культуры военной эпохи исследован в историческом, географическом, социологическом, литературном и других аспектах [43. С. 5]. Во второй главе четвертого тома «Очерков...» (авторы - Е.Б. Артемьева, Е.Н. Савенко и Е.Б. Соболева) наряду с общими закономерностями развития книжного дела в период Великой Отечественной войны выделены его региональные особенности. Среди них - отсутствие резкого сокращения выпуска книжной продукции; универсальность тематики книг и брошюр; самобытные производственные издания, направленные на решение конкретных местных задач; определенная децентрализация местного книгоиздания; высокий удельный вес литературы, издававшейся на национальных языках коренных народов Сибири и Дальнего Востока [43. С. 229230]. Исследователи подчеркнули, что издающие организации отказались от многих пропагандистских штампов, потерявших свое значение в экстремальных условиях, произошло усиление гуманистических мотивов в литературе военных лет. Не случайно, что в это период «. социальные функции, реализуемые книгой, совпадали с идейными установками читателей патриотов. » и другой «полностью подобной ситуации психологического слияния читателя и книги в советский период не было» [43. С. 4].В главе подробно рассмотрена система книжного дела и его основные подсистемы в 1941-1945 гг. (материальная база издательского дела, тематика книжной продукции, книгоиздание на языках коренных народов региона, книжная торговля, библиотечное дело, библиография, читательская аудитория). Каждый раздел главы заканчивается обоснованными выводами. Отметим наиболее интересные, на наш взгляд, выводы и наблюдения авторов.Анализируя выпуск книг, брошюр и другой печатной продукции, авторы обратили внимание на документальные материалы, свидетельствующие о появлении неподцензурной печати, о самостоятельном тиражировании печатной продукции, оговорившись, что «число подобных произведений в Сибири было минимально, а на Дальнем Востоке. они вообще отсутствовали». Тем интереснее выявленные десятки экземпляров проповедей евангельских христиан в Новосибирске, рукописный журнал депортированной литовской молодежи, листовки, изготовленные печатным способом, в которых крестьяне выражали надежды на улучшение экономического положения и т.д. Авторы пришли к выводу, что представители компетентных органов заблуждались в оценке указанных несанкционированных произведений. Ничего «антисоветского» они не содержали, а являлись реакцией на цензурные ограничения, на невозможность полного удовлетворения духовных потребностей [14. С. 172-173]. В то же время один из парадоксов военного времени заключался в том, что «издания военных лет в значительной части своей стали больше соответствовать интересам читателей, отражать их устремления и надежды». Это подтверждает, в частности, «практика выпуска книг на национальных языках» [43. С. 173].Однако авторы далеки от однозначно позитивной оценки ситуации в области выпуска литературы на национальных языках народов Сибири и Дальнего Востока в 19411945 гг. Авторитарная система управления и в этот период привела к тому, что «значительную часть выходившей в регионе общественно-политической литературы составляли перепечатки директивных материалов и переиздания книг центральных издательств» [43. С. 182].В целом авторы пришли к аргументированному выводу о поступательном развитии книжной культуры в 1941-1945 гг. [43. С. 409].Таким образом, четвертый том «Очерков», безусловно, является наиболее крупным региональным книговедческим исследованием, авторы которого внесли крупный вклад в исследование книжной культуры периода Великой Отечественной войны.В 1990-2006 гг. защищены девять кандидатских диссертаций, в которых проанализированы различные аспекты книжного дела в Сибири и на Дальнем Востоке в годы Великой Отечественной войны. Более половины из отмеченных нами работ защищены в диссертационном совете в ГПНТБ СО РАН, действующем с середины 1990-х гг. Данный совет осуществляет подготовку по специальности 05.25.03 - «библиотековедение», «библиография и книговедение» по педагогическим и историческим наукам.Семь кандидатских диссертаций посвящены проблемам национальной книжной культуры в Сибири, в том числе и периода Великой Отечественной войны [44-50]. В данных работах рассмотрены развитие книгоиздания, книжной торговли и библиотечного строительства, влияние цензуры на состояние книжной и другой печатной продукции в Бурятии (Е.А. Кучмуру-кова, Т.Л. Одорова, Л.Г. Сахаровская, Б.Б. Шагдарова), Якутии (С.В. Максимова, Г.Ф. Леверьева) и Туве (М.С. Маадыр) в 1941-1945 гг. в контексте социальноэкономического и культурного развития.Обобщающее региональное исследование Е.Н. Са-венко [51] является первой в отечественной историографии и единственной на сегодняшний день работой, специально посвященной истории книжного дела крупнейшего тылового региона в годы Великой Отечественной войны. На основе архивных и опубликованных материалов автор проследила динамику выпуска книжных изданий в Сибири на протяжении всех военных лет; выявила основные тематические направления книжной продукции; исследовала состояние книготорговли в крае, библиотечной сети в 19411945 гг. Одной из первых автор установила взаимосвязь между состоянием книжного дела и общественно-политической жизнью страны периода войны.Е.Н. Савенко впервые в отечественной историографии обстоятельно рассмотрела проблему «читатель и чтение» применительно к военному периоду, детально проанализировала структуру читательского спроса и его взаимосвязь с противоречивыми духовными процессами 1941-1945 гг. Анализ читательских интересов привел исследователя к выводу, что в эти годы «...популярна была не только литература прикладного характера. Период войны сопровождался стремлением к более глубокому осмыслению мировоззренческих проблем, известной ломкой стереотипов, ростом критического мышления. Например, это нашло отражение в интересе к религиозной литературе, исследованиям зарубежных философов...» [16. C. 194]. Автор подчеркнула особую роль книги в системе духовных ценностей: «Она выполняла не только информационную, но и важную психологическую функцию. Чтение снимало стрессовое напряжение, вызванное тяготами войны.» [51. С. 197].Интересно отметить, что выводы и наблюдения Е.Н. Савенко пользуются признанием не только в Сибири и на Дальнем Востоке, но нашли поддержку и развитие в поволжской историографии [52].Оригинальный характер имеет диссертационное исследование М.В. Шабалиной [1]. В нем впервые была рассмотрена история формирования научной школы книговедения в Сибири и на Дальнем Востоке с центром в ГПНТБ СО РАН на протяжении второй половины ХХ - начала XXI вв.Таким образом, к настоящему времени в исследуемых регионах сложилась крупная междисциплинарная историко-книговедческая школа, важнейшим направлением которой является история книжной культуры периода Великой Отечественной войны. В институциональном, профессиональном и проблемном плане она уникальна и не имеет аналогов в России.Исследовательские интересы сибирских и дальневосточных ученых отличаются необычайной широтой и разнообразием. Они направлены на системный анализ региональной книжной культуры военного времени, культурно-коммуникативных и социальных функций книги в 1941-1945 гг., извлечение новой информации об интеллектуальном потенциале, духовных интересах общества в годы Великой Отечественной войны.Весьма перспективной является постановка таких вопросов, как процесс формирования читательских пристрастий и предпочтений различных групп населения в тылу (в том числе и эвакуированных), проблема эффективности региональной издательской деятельности, формы и методы работы органов цензуры, вопросы национальной книжной культуры, межнациональные книжные связи, практика распространения книги в период Великой Отечественной войны и многие другие.Громадный опыт, накопленный сибирским и дальневосточным книговедением на протяжении второй половины XX - начала XXI вв., позволяет надеяться, что и в дальнейшем традиции в изучении книжной культуры 1941-1945 гг. будут упрочены и развиты. СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ
| ||
Дополнительно по данной теме можно почитать:Война на Дальнем Востоке в 1919 годуИнтервенция сыграла на руку большевикамКрасный бандитизм в Советской Сибири | ||
|
ИСТОЧНИК ИНФОРМАЦИИ:
Печатный источник - Статья представлена научной редакцией «История» 10 сентября 2007 г.
| ||