Макаренко Василий Тимофеевич

11 октября 2018 г.

   Родился в 1918 г. в с. Сохатино Мазановского района Амурской области. После 7 классов школы окончил курсы бухгалтеров в г. Благовещенске. Работал бухгалтером и ревизором сельпо в с. Новокиевский Увал.

   Перед войной призван в армию. Командовал орудийным расчетом 7-го артиллерийского полка 9-й воздушно-десантной дивизии (Северо-Западный фронт).

   Участвовал в боях на Курской дуге, освобождал Белгород, Харьков, Полтаву, Кировоград.

   Награжден орденами Славы III, II и I степени, медалями «За отвагу», «За боевые заслуги».

   16 января 1945 г. при осво-бождении Польши тяжело ранен. В Сохатино вернулся ин-валидом войны второй группы. Жил на Камчатке.

   

   ДУЭЛЬ С «ФЕРДИНАНДОМ»

   К 1945 году имя сержанта Макаренко уже хорошо было известно среди бойцов 7-го гвардейского артиллерийского полка. К этому времени дивизионная газета дважды рассказывала о подвигах дальневосточника.

   Дошли добрые вести о храбрости земляка и до колхоза «Заря коммунизма» в Амурской области, где до призыва в Красную Армию трудился Василий Тимофеевич. «Мы гордимся тобой, сынок, - писал ему отец на фронт. - Ты не уронил чести амурцев. Гордятся тобой и колхозники наши и передают тебе приветы. А мать просит об одном: береги себя, вернись живой: И я тут с ней согласен. Мы ждем тебя с победой».

   Василий перечитывал письмо, и в его памяти всплывали картины детства. Сохатинекие мужики уходили на сенокос дружно, находилось в эту пору немало дел и для мальчишек. Но чаще с веселым гомоном носились они по лугу, резвились на приволье, а вечером, усевшись вместе со взрослыми у костра, затаив дыхание, слушали рассказы о былом. Отец Василия Тимофей Савельевич вместе с дедом Савелием были партизанами. Японцы убили деда, а отца тяжело ранили. Мальчишки слушали рассказы о том, как мазановцы одними из первых в области подняли восстание против супостатов, выгнали их из родного села. Но смогли продержаться только три дня. Слишком неравными были силы повстанцев и оккупантов.

   Долгой была борьба, но в конце концов японских захватчиков из области выгнали.

   И вот теперь настал черед сыновьям идти в бой с новыми поработителями - фашистами.

   Наказ отца-партизана Василий помнил всегда. В Красную Армию он уходил перед самой войной. Отец тогда сказал на прощание:

   - Служи Родине так, чтобы не посрамить нашей фамилии. Таков отцовский наказ.

   Много воды утекло с той поры. Немало километров отмахал он по дорогам войны. Сражался с фашистами под Москвой, на Курской дуге, освобождал Украину, и вот польская земля.

   В первых числах января 1945 года солнце пригревало так, что Василию даже почудилось, будто пахнуло весной. Над окопами стояла звенящая тишина. Василий снял каску и прислонился головой к стылому брустверу. Мысли текли ровно, и не хотелось прерывать нахлынувшие вдруг воспоминания о родном доме. Но нужно было заняться орудием, еще раз все внимательно проверить - завтра предстояло идти в бой.

   Сколько их было за плечами сержанта Макаренко, скоротечных и затяжных, - не перечесть. Война стала его работой, и потому, как на работе, он с крестьянской деловитостью и обстоятельностью проверял каждую мелочь своего орудийного хозяйства. Расчет пушки уже давно привык к этой особенности своего командира - добраться до самой мелочи. У бойцов выработалась тщательность в подготовке и слаженность в действиях, которые всегда отличают сработавшийся коллектив.

   Сержант осматривал ящик с инструментами, когда в его расположении появился командир батареи.

   - Как настроение, гвардейцы?! - голос комбата прозвучал громко, с веселыми нотками. - Пойдем-ка, сержант, расскажешь мне свой план предстоящего боя на случай, если мы с маху прорвем оборону фрицев и пойдем вперед с пехотой.

   Несколько минут комбат слушал его молча, одобрительно кивал головой. Потом сказал:

   - Все правильно, сержант. Только вот что надо учесть: разведданные получены. На нашем с тобой направлении фашисты уж очень густо понатыкали пушек и минометов. Это надо учесть. Думаю, что деревня Стопница - твердый орешек. Но расколоть-то мы его расколем, только вот какой ценой - это от наших с тобой действий за висит.

   Командир оказался прав. Первая атака подразделений полка, натолкнувшись на плотный огонь, захлебнулась. Неудача постигла и вторую атаку. Немцы успели хорошо подготовиться к обороне, пристреляли все подступы к своим позициям и теперь кинжальным огнем разили наступающих.

   Прибежавший связной передал сержанту приказ комбата вывести орудие на прямую наводку и поддержать пехотинцев.

   - Ну, братцы, вся гвардия на нас смотрит. Вперед! - Разворачивая орудие к бою, Макаренко укреплял станину и буквально кричал:

   - Не дадим гадам опомниться! Заряжай шрапнельным! Огонь!

   С интервалом в несколько секунд прозвучали три выстрела - и три вражеских пулемета замолчали. Это были снайперские выстрелы. Немецкие артиллеристы обнаружили позицию Макаренко и открыли по ней огонь. Стреляла одна пушка. Это Макаренко сразу определил и даже увидел, откуда она бьет. Развернул орудие и ответил прицельным огнем. Завязалась ожесточенная дуэль. Медленно тянулись паузы между выстрелами. И каждое мгновение могло стать последним в жизни каждого бойца из расчета, но никто не отошел от орудия. Сосредоточенно и четко они выполняли команды сержанта, посылая снаряды по вражеской пушке. Эту дуэль они выиграли. Василий посмотрел в бинокль и сказал:

   - Порядок, братцы. Пушка у них легла на бок, и прислуга не шевелится.

   Так вместе с пехотой расчет Макаренко со своим орудием ворвался в польскую деревеньку Стопница.

   Изнурительный бой давал о себе знать. Бойцы валились с ног. В Стопнице они провели ночь. А наутро, 13 января, снова устремились в наступление. Разгорелась схватка за город Буско-Здруй. И снова орудие Макаренко выведено на прямую наводку. Снаряды ложились точно в цель. Немцы, осатанев от натиска десантников, в отчаянии пошли в контратаку.

   - Осколочными! По вражеским цепям! Огонь! - охрипшим голосом кричал Макаренко.

   Снаряды разорвали цепи немецких автоматчиков, разметали их, заставили повернуть назад. До тридцати фашистов остались лежать на земле. Этот короткий миг победы приободрил артиллеристов.

   - То-то, сукины дети, будете знать наших, - размахивая пудовым кулаком, с яростью говорил заряжающий, здоровенный мужик с Волги. - Мы вам покажем кузькину мать. Верно я говорю, сержант?

   - Приготовить фугасные снаряды, - ровным голосом скомандовал Макаренко.

   Он увидел, как из-за перелеска выползли «фердинанды». Один пошел прямо на их позицию. Еще несколько мгновений сержант внимательно наблюдал за надвигающейся стальной громадиной, уловил метнувшийся над стволом дымок и тут же услышал свист пролетевшего над головой снаряда. Боковым зрением он заметил, с каким напряжением все как один бойцы его расчета следили за «фердинандом».

   - К бою! - скомандовал он. - Фугасным! Беглым! Огонь!

   Взрывы рвали землю рядом с самоходкой. Некоторые снаряды попадали в лобовую броню «фердинанда», но не могли его остановить. Стальной монстр продолжал зловеще двигаться вперед, изрыгая огонь из своей пушки. Но вот на его пути возникла какая-то преграда, он сбавил скорость и повернул левее, чтобы обойти ее. Макаренко весь напрягся: фашист подставил бок.

   - Огонь! - крикнул сержант.

   Вражеская машина завертелась на месте. Над ней взметнулся черный столб дыма.

   Макаренко видел, как с лиц его бойцов сходит напряжение, скользнули улыбки. И только заряжающий со снарядом в руках, сгорбившись, стоял возле орудийного затвора и молчал. По лицу у него стекала кровь. На правой скуле виднелась рваная рана.

   - Ты ранен? - Макаренко подошел к нему.

   - Да сразу и зацепило, как он попер. Всю фотографию, видать, испортил.

   Макаренко взял у него из рук снаряд, загнал в магазин, щелкнул затвором.

   - Бинт есть?

   - Некогда с бинтом возиться. Ты глянь, - и боец кивнул головой влево.

   Группа фашистов, прорвавшись с фланга, наступала на позиции батареи. Сержант еще не успел подать команду, а расчет уже разворачивал орудие. Через считанные секунды пушка почти в упор расстреливала наступающих беглым огнем.

   Сопротивление врага было сломлено. Десантники освободили еще один польский город.

   Этот бой для сержанта Макаренко стал последним. 16 января он был тяжело ранен. И уже в госпитале ему была вручена высшая награда за солдатское мужество и доблесть - золотой орден Славы I степени.

   После излечения Василий Тимофеевич возвратился на родину в Сохатино, как и наказывал отец, с победой.

   

   А. Мальцев

   Дополнительно по данной теме можно почитать:

   

ИСТОЧНИК ИНФОРМАЦИИ:

   "Амурцы-герои. В трёх томах. Том 1". Автор проекта В.Ф.Саяпин, ред. А.В.Мальцев. - Благовещенск: 2005. ФГУП Издательско-полиграфический комплекс "Приамурье"
   Электронная версия - Главный редактор портала "Амурские сезоны" Коваленко Андрей