Горький хлеб детства О проекте











Яндекс.Метрика


на сайте:

аудио            105
видео              32
документы      71
книги              71
панорамы       58
статьи        6805
фото           7317








Первый литературный портал:



Стихотворение
Согласные

Стихотворение
Наконец и угли догорели...






Разделы по теме

История Амурской области











Статьи по теме

ДЕТИ ВОЙНЫ



























Горький хлеб детства

25 августа 2016 г.

   Бессмертный подвиг советского народа в годы Великой Отечественной войны воплотился не только в бесстрашии и отваге солдат, воевавших на фронте, но и в силе и мужестве людей, которые помнят войну не разрывами снарядов, не свистом пуль над головой, а постоянной борьбой с голодом и вечной тревогой за своих близких. Труженики тыла, дети войны тоже пережили тяготы военного лихолетья, трудные послевоенные годы. Сегодня мы расскажем о судьбе жительницы с. Пояркова Лидии Егоровны Новиковой, которая в августе отметила свой 85-летний юбилей.

   Родилась Лида Герасимец в с. Новоалексеевка Ивановского района Амурской области в многодетной семье. Отец работал в колхозе, мать присматривала за ребятишками. Ещё до войны семья переехала в небольшую, в 15-18 дворов, деревушку недалеко от нынешнего посёлка Новобурейский. Там шли лесозаготовительные работы, и отец устроился на валку деревьев, но вскоре погиб в результате несчастного случая. Мать осталась одна с семью детьми, младшей девочке — всего 8 месяцев.

   Лиде было 11 лет, когда началась война. Те годы женщина вспоминает с дрожью в голосе и со слезами на глазах. Мама на целый день уходила на лесопилку, а дети — мал мала меньше — были предоставлены сами себе. Весной семья садила картошку — это была одна-единственная еда на всю долгую и холодную зиму. Хлеб — из муки, которую иногда выдавали, и всё той же картошки. Как правило, к весне все припасы подходили к концу, и начиналось полуголодное ожидание первой травы. Сначала «обманывать» желудок помогала лебеда — мама варила из неё «суп», забеливая молоком, потом появлялась кислица — дети собирали её мешками и целыми днями сосали вкусные стебли, затем в ход шла ещё какая-то трава (Лидия Егоровна не помнит названия). Когда поспевали ягоды, орехи, становилось сытнее. Навсегда в память женщине врезался случай — она принесла брату на лесопилку, где тот работал, 3-литровый бидончик супа из лебеды. Мальчик открыл крышку… и заплакал. Горючие слёзы потоком лились из глаз. Отчего он плакал? От голода, который никак не унять этой пустой похлёбкой, от отчаяния, от жалости к себе?… Ведь вечером, когда он, уставший, придёт домой, его будет ожидать такой же ужин…

   В деревне была начальная школа, но Лида посещала её два месяца осенью и два месяца весной — ходить в холодное время было не в чем. «Однажды, — вспоминает женщина, — из Америки прислали посылку с одеждой и обувью. При дележе мне досталось платье и какая-то обувка. Так это платье было для меня «золотым», долго я его потом носила».

   Весной 1945 года Лидия покинула родительский дом и отправилась на заработки в угольные края. В дороге, добираясь до п. Широкий, услышала весть о Победе. Конечно, была радость, но думы о своей будущей жизни тревожили больше. Поезд пришёл на станцию вечером, никого в посёлке она не знала. Походила по улицам, заприметила старенький домик, подумала, что в нём живут пожилые люди, и если она расскажет о своей беде, то они приютят её на первое время. Как оказалось, в доме проживала молодая семья с маленькими детьми. Супруги поселили девушку у себя, за кров она хлопотала по хозяйству, обрабатывала огород, ухаживала за детьми. Хозяйка, тётя Феня, устроила её в пошивочную мастерскую, там женщины распарывали парашюты, шили одежду (из грубой ткани — нижнее бельё, сорочки, из шёлковой — женские кофточки) и сдавали в магазин на продажу.

   В 1948 году Лидия перешла на работу в трест «Райчихуголь»: сначала была мотористом насосной установки ЦЭС, потом — помощником дежурного щита высоковольтной электрической сети. В то время она уже жила в общежитии-бараке. Вскоре устроилась и личная жизнь девушки. «Я не хвастаюсь, но ухажёров у меня было много, — рассказывает Лидия Егоровна. — Ни с кем серьёзных отношений не заводила, а как увидела рыжеволосого Михаила, так сердце и ёкнуло: «Вот этот — мой!». Семейная жизнь начиналась трудно: у него ничего нет, у неё тоже — ни мебели, ни посуды, ни постельного белья.

   В середине 50-х годов молодые переехали в Поярково. Михаил Сергеевич устроился шофёром в автороту, молодая женщина в это время ждала первенца.

   Шло время, жизнь помаленьку налаживалась. После рождения старшей дочери на свет вскоре появилась и вторая. Когда Оля пошла в школу, Лидия Егоровна устроилась в школу-интернат и 30 лет проработала здесь поваром.

   Судьба Л.Е. Новиковой похожа на судьбы других детей войны, но по-своему неповторима. Обо всём не расскажешь словами, и до конца понять эту женщину, наверное, сможет только тот, кто так же, как и она, пережил военное лихолетье. На память о долгом и нелёгком жизненном пути у Лидии Егоровны остались фотографии да награды — медали «За доблестный труд в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг.», «Ветеран труда», знак «Победитель социалистического соревнования 1977 года», юбилейные медали.

   

   Ирина ШАРИПОВА.


   Дополнительно по данной теме можно почитать:

ИСТОЧНИК ИНФОРМАЦИИ:

   Официальный сайт газеты "Михайловский вестник"