Урюпин Георгий Борисович О проекте











Яндекс.Метрика


на сайте:

аудио            105
видео              32
документы      71
книги              71
панорамы       58
статьи        6881
фото           7330








Первый литературный портал:



Стихотворение
Кокетки

Стихотворение
Острова. А помнишь лето странное...






Разделы по теме

История Амурской области











Статьи по теме

ДЕТИ ВОЙНЫ



























Урюпин Георгий Борисович

05 октября 2015 г.

   ГЕОРГИЙ БОРИСОВИЧ служил на Дальнем Востоке, увидеть немцев не пришлось, в последний момент эшелон с призывниками было решено направить на Сахалин, на борьбу с японцами, но обо всём по порядку:

   «В 1941-м мне ещё не было 17-ти лет. О начале войны узнал в школе. Школьных товарищей, которые повзрослее да побойчее, забрали в армию пораньше, мы тоже были готовы, ПХО прошли, военную подготовку. Когда пришла пора служить, повезли меня с другими ребятами на станцию под Хабаровском, там мы три месяца пробыли, приняли присягу, прошли подготовку бойца. В итоге попал я в сапёры, в инженерные войска. Через год пришла команда расформировать часть, тогда перевели меня в тяжёлую артиллерию на пушку-гаубицу.

   Помню, погрузили нас в эшелон, а он всё стоит, всё не отправляют, потом команда: «Всех дальневосточников оставить на месте». Тут мы догадались, что будем воевать с японцами. Нас, артиллеристов, отправили к Великой Китайской стене, потому что пушка-гаубица бьёт навесным огнём. Раза три, четыре мы там выстрелили, никто не ответил. Тогда была команда отправки во Владивосток. Подошёл пароход, погрузили нас, пулемётчиков и миномётчиков, пароход огромный, все на нём поместились. Получили новую задачу - освободить Корсаково (Сахалин) и Курильскую гряду. Подошли к Корсаково, дали несколько выстрелов, простояли сутки, опять никто не отвечает.

   Повезли на остров Итуруп, разгрузили, жить там было негде, выдали палатки, в ту зиму снег на Итурупе высотой в пять метров лежал. Потом выяснилось, что на острове незадолго до нас японцы были, остались у них погреба большие, где рис хранился. А боеприпасы: винтовки, гранаты, штыки, всё пергаментом замотано, десятками лет бы могло храниться! Стали мы штаб искать, нашли! Зашли в землянку: прямо - коридор; направо – дровяник; налево – туалеты, умывальники; а вглубь - спальни, залы учебные. Всё это в подземелье было. Нам приказали организовать жильё по нашему усмотрению, как хотим. Когда начали заниматься строительством казарм, растащили местный рыбозавод, который японцы строили.

   Приехал тут генерал-майор и давай ругать: «Кто вам давал команду разобрать рыбозавод?» А мы ему: «Так ведь, было приказано – как хотите, так и обустраивайтесь, мы и решили…». Генерал уехал, а мы поселились в построенных казармах, сделали печки-буржуйки из бочек, ими и отапливались. Тепло было, солдатская температура! Месяцев через шесть - восемь мою часть расформировали, попал я тогда к танкистам, там же, на Итурупе.

   Всего пробыл на острове 4 года, границу охраняли, японцев вылавливали, был дан приказ депортировать их в Японию. Они вперёд нас об этом узнали и сразу все попрятались, на родине их ждала неминуемая смерть. Десятка три с горем пополам собрали этих японцев, а для остальных, сказали, вторым заходом придёт пароход, но мы, танкисты, в нём не участвовали. Японцы – люди, заранее отданные Богу, они там границу свою охраняли. Потом многие русский выучили, считали, что лучше на месте помереть, чем на Родине, в России был хоть какой-то шанс остаться в живых.

   А нам всё время обещали: «Закончится война, вас демобилизуют». Май 45-го встретил на том же острове, дали нам тогда по 42 грамма спирту, выпить за окончание войны. А спирт из бочек, ржавый, такого цвета, как чай. Многие пить не стали, и я не стал. Отдали свои пайки одному солдатику, он на радостях всё и выпил, на утро подняться не мог, так захмелел. Только не отпустили нас после победы. Пришёл приказ омоложения армии, и остались мы ещё на 4 года, в общей сложности прослужил я 8 лет.

   Когда танкистом служил, был такой случай: у нас каждой батарее была задана определённая задача, у каждого свой сектор. Моя территория была на возвышенности, и вот дают команду обследовать эту возвышенность. Только заехали на сопку, так и застряли на ней, я приоткрыл люк, посмотреть что случилось, тут мне осколок гранаты и прилетел. Хорошо, гранаты у японцев слабенькие были. Пришёл тогда тягач и потянул танк вместе со мной в госпиталь. Ранение несильное оказалось, врач взял пинцет и выдернул из меня осколок. Я недели две в госпитале пробыл и пошёл дослуживать на своём танке.

   Всего среди наших только десятка два людей погибло, кто в самоволку пойдёт, бывало не возвращались. Потом по одному не стали отпускать, как минимум по три вооружённых человека. Это на западе война велась большим фронтом, а у нас в основном снайперы, да одиночные бойцы.

   Когда вернулся домой, было мне 24 года. Довезли до Тыгды, отдал все документы. Посмотрел я, а у отца дом неважный, отстроили за год новый дом. А потом поехал учиться в Благовещенск, закончил коммунально-строительный техникум и направили меня работать на Райчихинскую ГРЭС. В Прогрессе и женился, это был, примерно 53-54 год. Так весь мой трудовой стаж на ГРЭС и прошёл. Сначала работал электромонтёром, потом перевели меня в лабораторию, инженером высоковольтником, потом стал начальником цеха в лаборатории. Когда на пенсию надо было идти, оклад у старшего мастера был больше, чем у начальника лаборатории, я перед пенсией и перешёл старшим мастером. С 85-го года на пенсии».

   

   Надежда Долгих


   Дополнительно по данной теме можно почитать:

ИСТОЧНИК ИНФОРМАЦИИ:

   Портал "Маршрутка"