После отстранения перевели меня сестрой-хозяйкой, потом кладовщиком на продовольственный склад, ездила за продуктами в Мурманск. Перед тем, как продукты получить, их выписать надо было, для этого ехала по Норвежской дороге 124 километра в штаб армии. Зачастую ещё документы секретные везла. Через каждые 20 километров пересаживали с машины на машину, а там и на оленях, последние 5 километров до штаба надо было пройти пешком. Там документы подпишут, накормят, отдохну немного и вперёд, в Мурманск.

   В Мурманске вагон дают с продовольствием, солдат, они машину загрузят, тогда уже обратно, в Мончегорск. Пока под Мончегорском были, мы работали, а потом госпиталь разделили, я попала в Петрозаводск, оттуда под Ленинград, на речку Свирь, что на границе с Финляндией. Там были сильные бои, немцев тогда уже гнали, речка Свирь, такая же, как Бурея, текла чистой кровью. Редкий день не было налётов. Ночь-полночь, спал, не спал, бомбёжка началась – вставай, беги на свой пост. Не дай, Бог, кому пережить такое, поначалу было страшно, а потом перестали бояться, смерть – так смерть. Правда, убитых среди медиков было мало, Бог спасал.

   Нормы рабочего дня не было, отдежурил сутки, генеральную уборку навёл, потом спать. А когда бои шли, мы по трое суток работали: погрузить, накормить, печки растопить. Питались так – схватишь кусок и жуёшь находу. Надо, значит надо, и никто не сказал: не буду или не пойду, за 3 – 4 часа госпиталь разворачивали. Солдаты, которых вылечили, письма нам потом писали. После войны многие нашли друг друга, переженились, а в войну даже дружить не думали, некогда было, даже не мечтали.

   Про победу узнали в 4 часа утра, стояло у нас два корпуса – мужской, а напротив женский. Так все выбежали, давай качать друг друга, радости было! После объявления победы, простояли мы не долго, поехали дальше, до Кирова. Думали: всё - расформировывают, а нас - на Дальний Восток повезли, сразу все упали духом. Впереди нас Рокоссовский ехал, а наш эшелон следом. Так добрались до Биробиджана. Попали мы тогда к лётчикам в авиацию. Назавтра лететь в Манчжурию, и тут приказ, остаться на месте, уже велись переговоры об окончании войны. Отправили нас тогда в Хабаровск, следом - во Владивосток, простояли там долго, ждали пароход на Сахалин, сторожили продовольствие - оно под открытым небом лежало. Погрузились на пароход, прибыли в Южно-Сахалинск, жили и работали на аэродроме. Приходилось мешки грузить по 100 килограммов, всё девчонки делали, было нам тогда лет по двадцать самым старшим.

   А домой я приехала в декабре 46-го. Брат мой с фронта без руки пришёл. Так вот и закончился поход. Думаю, сегодняшняя молодёжь не справилась бы с такой задачей. Работать они не приучены, да и где работать-то?