Рубан Андрей Тимофеевич О проекте











Яндекс.Метрика


на сайте:

аудио            105
видео              32
документы      71
книги              71
панорамы       58
статьи        6881
фото           7330








Первый литературный портал:



Стихотворение
Кокетки

Стихотворение
Острова. А помнишь лето странное...






Разделы по теме

История Амурской области











Статьи по теме

Ветераны ВОВ



















































В береговом охранении

23 декабря 2019 г.

   На берегах Японского моря несут свою службу бойцы берегового охранения. Землянки, где живут бойцы, находятся буквально в трехстах метрах от моря. Они соединены ходами сообщения с блиндажами и наблюдательными пунктами. Шумит неподалеку море. В свободное от дежурства время бойцы в землянках ведут неторопливые разговоры о положении на фронтах, о доме, о родных и близких.

   Андрей Тимофеевич Рубан попал сюда, в бухту Суздыха, после обучения в полковой школе, где ему присвоили звание сержанта. Здесь его назначили помощником командира взвода. Хорошие отношения сложились с командиром взвода Киселевым, который почти вдвое старше Андрея. Теперь Андрей Рубан вместе с ним обучает своих бойцов всему, чему научили в полковой школе.

   А до этого была служба в бухте Врангеля, недалеко от города Находка, в Сучанском секторе береговой обороны, куда прибыл Андрей Рубан, когда в июне 1942 года был призван в армию Куйбышевско-Восточным райвоенкоматом.

   Войскам береговой обороны приходилось быть настороже, так как Япония не отказывалась от нападения на Советский Союз, и ее корабли постоянно бороздили морские просторы.

   В 1943 году, когда очень напряженная обстановка сложилась на Сталинградском фронте, где шли бои за каждый дом, за каждую улицу, можно было невооруженным глазом видеть в Японском море эскадру неприятеля.
   — Японцы тоже ждали развязки на Сталинградском фронте, и если бы Сталинград пал, японцы непременно открыли бы второй фронт на Дальнем Востоке, — говорит Андрей Тимофеевич.

   Несмотря на памятные уроки у озера Хасан в 1938 году и на Халхин-Голе в 1939-м, милитаристское правительство Японии ждало только случая, чтобы возобновить, уже совместно с Германией, военные действия против СССР. Но советский народ не сделал Японии такого подарка: Сталинград был освобожден, и более того, на Ялтинской конференции, проходившей в феврале 1945 года, СССР обязался вступить в войну с Японией, которую и объявил ей 8 августа.

   7 августа 1945 года в войска поступила директива Ставки: «…Тихоокеанскому флоту перейти в оперативную готовность номер один, приступить к постановке минных заграждений, транспорты направить в пункты сосредоточения… боевые действия флота начать с утра 9 августа».

   358-му батальону морской пехоты, где служил Андрей Рубан, была поставлена задача: вести наступление на Квантунскую армию японцев с корейского порта Расин и не допустить взрыва складов с продовольствием.

   11 августа под покровом темноты десантные баржи подошли к корейскому берегу. Утром, перед самым рассветом, когда еще было достаточно темно, в порту Расин уже хозяйничали наши бойцы. Тихо сняли японский караул в караульном помещении, потом перебили часовых.
   — Оставили одного, который мало-мальски лопотал по-русски, — вспоминает Андрей Рубан. — Хотя, надо сказать, что среди десантников были пограничники, знавшие немного японский язык.

   Пограничников включили в морской десант еще и потому, что они хорошо знали территорию, которую предстояло захватить. Но все-таки не обошлось без жертв. Где и как проморгали того японца, никто потом понять не мог. Выскочил он из-за угла неожиданно — и вонзил нож в нашего бойца. Сам тоже далеко не ушел, но и наш десантник погиб. Забрав документы бойца, похоронили его здесь же, на корейской земле.

   Молча стояли у свежего могильного холма, с моря дул пронизывающий соленый ветер. Не говорили ненужных казенных слов, каждый думал о погибшем товарище, еще недавно живом и полном сил, о безутешном горе его родных, которые вскоре получат похоронку, и о том неизвестном, что ждет их самих. Прогремел троекратный ружейный салют, и тут же загрохотали батальонные орудия. Это подоспели основные силы 358-го батальона морской пехоты, с ходу вступившие в бой с японскими войсками. И уже 12 августа город Расин (Наджин) был взят. А с выходом советских войск к Сейсину (Чжонджину) полностью нарушилась оборона Квантунской армии на приморском направлении.

   Андрей Тимофеевич Рубан и его товарищи-десантники вернулись в расположение части, выполнив поставленную перед ними задачу — не допустить взрыва продовольственных складов.

   Теперь перед бойцами стояла другая задача: держать оборону портов в Южном морском оборонительном районе, чтобы там могли базироваться наши корабли.

   Побывав всего в одном бою, Рубан уже иначе, чем прежде, посматривал на своих сослуживцев. Из восемнадцати десантников не досчитались лишь одного, но ведь это дело случая: на месте погибшего мог оказаться каждый из оставшихся в живых. Теперь Андрей легче шел на сближение с товарищами, чаще делился последней щепоткой табака, больше стал дорожить жизнью своей и рядом находившихся бойцов.

   А когда закончилась Вторая мировая война, сержант Рубан продолжал охранять дальневосточные рубежи нашей Родины еще до 1947 года. Уволился он в запас 5 марта 1947 года, а 11 марта был уже дома, в родных Томичах.

   С раннего детства не баловала его судьба. Родился он в селе Семиозерка Ивановского района Амурской области в большой семье. Из одиннадцати детей шестеро умерли в младенчестве, с германского фронта не вернулся один брат, а один вернулся весь израненный. Жили бедно. Вот и теперь, по возвращении домой, Андрей Рубан увидел бедственное положение семьи. На первых порах выручила так называемая «сталинская премия» — по Указу Президиума Верховного Совета, как и все демобилизованные, Рубан получил 10 килограммов муки, 2 килограмма сахара, 2 килограмма риса, 2 килограмма сала шпик, 10 метров шелка, а также новое обмундирование и заработную плату за годы службы — около шести тысяч рублей.

   В ноябре 1948 года Андрей Тимофеевич женился, и вот уже почти шестьдесят лет живут они с Марией Андреевной душа в душу, вырастили четверых сыновей. Сорок лет отработал Андрей Тимофеевич Рубан в Военсовхозе Белогорского района, трудясь на благо Родины и своей семьи. И это правильно: нет ничего дороже мира в Отчизне и благополучия в каждой отдельно взятой семье.

   

   Сергеева Т.С.


   Дополнительно по данной теме можно почитать:

ИСТОЧНИК ИНФОРМАЦИИ:

   Сергеева Т.С. - Живая книга войны. Очерки о фронтовиках-белогорцах. - Благовещенск: ООО "Издательская компания РИО", 2008 г.
   Электронная версия документа - Коваленко Андрей, главный редактор портала "Амурские сезоны"