Ганс Манхарт. Коренной серышевский немец О проекте











Яндекс.Метрика


на сайте:

аудио            105
видео              32
документы      71
книги              71
панорамы       58
статьи        6888
фото           7330








Первый литературный портал:



Стихотворение
Камень материнской любви

Стихотворение
И снова — море...






Статьи по теме

Серышевский район










































Ганс Манхарт. Коренной серышевский немец

17 февраля 2017 г.







   События, о которых идет речь, произошли 5 апреля 1928 года на разъезде Белоноговском. Именно в этот день в поля вышли первые на Дальнем Востоке тракторы, собранные бывшими красноармейцами под руководством немецкого инженера. «Амурская правда» продолжает публиковать серию материалов о коренном серышевском немце Манхарте и его похождениях во имя Великого Октября.

   Участник Первой мировой войны Ганс Манхарт окунулся в революционные события. Этот знаменитый немец брал Зимний дворец, служил телохранителем Ленина и даже умудрился поболтать с ним на родном немецком языке. Потом был разгром белогвардейцев на Дальнем Востоке с помощью собственноручно собранных бронепоездов. Единственной очевидной слабостью этого сильного человека была песня «По долинам и по взгорьям». Ее он напевал даже спустя десятки лет, когда вернулся на свою историческую родину. Граждан ГДР поражали слова: «Чтобы с боем взять Приморье - белой армии оплот».

   Все понимали, что душой и мыслями он до конца дней оставался на Востоке СССР. Серышевский район Приамурья в особом представлении не нуждается - с момента основания он слыл оплотом сельского хозяйства и, если хотите, житницей в масштабах региона. В этом году серышевцы отметят юбилей - 95 лет со дня основания райцентра. Очевидно, что возник он не на пустом месте, и мало кто знает, что за его появление на карте еще в 1912 году была заплачена немалая цена. Раскошелиться пришлось жителям села Белоногова, которые, борясь за спокойный и размеренный образ жизни, отдали подводу золота главному инженеру строительства железной дороги.

   В то время Белоногово слыло одним из богатейших населенных пунктов области, а признаком состоятельности хозяев было кровельное железо на крышах домов. Когда появилось решение организовать там железнодорожный разъезд, белоноговцы воспротивились. Главный инженер не стал долго сопротивляться и, получив мзду, охотно переместил разъезд на несколько километров от села. Железнодорожные казармы и рельсы - это все, что из себя тогда представлял разъезд Белоноговский или будущий райцентр Серышево.

   К слову, вопрос о его появлении все еще оставался спорным, и кто знает, как мог разрешиться, если бы не махровая партизанщина, развернувшаяся вокруг самого Белоногова, его кровельных крыш и богатых хозяев. Во время гражданской войны село было эпицентром вооруженных противоречий между защитниками устоев монархии и пролетариатом. Как мы уже знаем, Манхарт в подобных условиях особо не терялся и с азартом насаждал новый порядок с оружием в руках. Видимо, чем-то зацепила его местная природа и возможности земледелия, ведь, несмотря на обстоятельства, кожаную куртку и маузер у бедра, в душе он оставался инженером, а еще больше - созидателем.

   С течением времени Гансу удалось прийти к душевному равновесию и произвести на свет неос-поримо успешное начало качественного подъема сельского хозяйства в разрушенном войной Приамурье. В Россию начались поставки тракторной техники из Европы и Америки. Упустить такую возможность Ганс Иванович просто не мог и приступил к организации первой на Дальнем Востоке МТС. Зимой 1928 года на разъезде Белоноговском, практически в чистом поле, остановился грузовой состав. Из вагонов вынесли несколько сотен ящиков, которые складировали прямо под открытым небом. Командовал столь масштабным для данной местности мероприятием нерусский мужик с рано поседевшей шевелюрой.

   Пройдя через цепь самых каверзных с точки зрения истории событий, Ганс Манхарт даже и не подумал о возвращении на историческую родину. Оказавшись в самом начале своего очередного и можно сказать вполне мирного этапа жизни, Ганс Иванович с остервенением принялся поднимать российскую глубинку. Будущие механизаторы в лице демобилизованных красноармейцев жили в армейских палатках, обогреваясь теплом «буржуек». Содержимое ящиков для многих было настоящей тайной. Что и говорить, пришлось помучиться с техникой первопроходцам, не видевшим в своей жизни ничего, кроме кавалерийских сабель и скаковых лошадей.

   Помимо выбитых зубов, царапин и ушибов хватало других неприятностей. Трактора периодически самовозгорались под управлением неопытных рук, а местное население не горело желанием мириться с появлением на полях самоходных монстров и периодически строило козни. Тот период в становлении сельского хозяйства вспоминается участниками как одна большая нервотрепка. Кто знает, на сколько она могла затянуться, если бы не умение Манхарта доказывать свою правоту собственным примером. Засучив рукава и поправив единственный на весь район цивильный галстук, дотошный немец скрупулезно объяснял и показывал людям правила сборки немецких и американских машин. Терпению инженера можно было только позавидовать, однако к началу пахоты все 60 новеньких тракторов гудели стройным басом. Отставной пограничник Сорокин, с которого начался сегодняшний рассказ, умудрился неправильно подсоединить питание аккумулятора, за что и поплатился зубами.

   Двигатель завелся в обратную сторону и, как оказалось, в самую неожиданную минуту для тракториста, подставившего лицо под рукоятку. Тогда Манхарт пробурчал лишь, что теперь девки его, щербатого, любить не будут, а перепутанные провода все равно что лошадь, запряженная задом наперед. Столь доходчивое для сельского парня объяснение сыграло свою роль, однако на этом приключения рядового механизатора не закончились. После сбора первого урожая он оставил свой злополучный трактор между двумя скирдами, которые загорелись от искры, вылетевшей из двигателя. Потушить пожар удалось только всеобщими усилиями.

   В тракторе обгорела электропроводка, но Ганс Иванович, который мог простить все, кроме безразличия к технике, вдруг премировал виновника событий костюмом, похвалив за спасение хлеба. Сорокин, став в одночасье первым парнем на деревне, еще долго вспоминал непредсказуемость бригадира. В благодарность он провел всю оставшуюся жизнь в мастерских, шлифуя знания по ремонту техники. Таких самостийных инженеров Манхарт вырастил не один десяток. Всего через год вместо палаток на разъезде Белоноговском стоял уже добрый десяток рубленых бараков. На месте одного из них сегодня расположен краеведческий музей Серышевского района. Крестьяне окрестных деревень долго не могли переступить через собственные стереотипы и решиться на отказ от лошадей.

   Специально приезжали на Белоноговский и удивлялись тому факту, что поле, на пахоту которого требовалась неделя, облагораживалось в течение полудня. Считается, что переломный момент в сознании местного крестьянства наступил после появления в механизаторских бараках электрического света. Электричество как таковое в Приамурье встречалось и раньше: небольшими электростанциями еще до революции могли похвастаться благовещенские промышленники и купцы. Однако прорыв в электрификации области историки видят именно в приходе так называемой «лампочки Ильича», первую из которых зажег Манхарт. Объявленный Лениным задолго до описываемых событий план ГОЭЛРО добрался до Амурской области с большим опозданием, зато с каким эффектом.

   Крестьяне из окрестных сел по ночам в окна заглядывали, а Ганс Иванович не стал ограничиваться сборкой первой послереволюционной электростанции - через несколько месяцев в новом поселке заговорило радио. Трудно сказать, что заставило ярко выраженного бюргера променять традиционную субботнюю кружку баварского пива на подъем дальневосточной целины. Его можно сколь угодно упрекать в фанатичном пособничестве большевикам, однако Ганс Манхарт вошел в историю еще и как крепкий хозяйственник, а самое главное - ярый антифашист. Он полностью проигнорировал возможность участия в становлении родной Германии перед Второй мировой войной.

   Такие мозги, как у Манхарта, особо ценились Гитлером в период строительства рейха. Тем не менее всю свою сознательную жизнь этот гений инженерной мысли ковал победу в тылу СССР, а если быть более точным - в Амурской области. Он даже не смог спокойно пройти мимо первого автомобиля, появившегося на дорогах Приамурья. Правда, привез машину не Манхарт и случилось это задолго до описываемых событий. До революции на нем раскатывал один из амурских толстосумов.

   После многократного перекочевывания из рук в руки четырехколесный эксклюзив превратился в драндулет. Вторую жизнь пикап с небольшим кузовком получил в мастерских Белоноговской МТС, куда Ганс Иванович притащил найденную на улицах Благовещенска авторухлядь. Через пару месяцев он уже разъезжал на «форде» по району, вводя в смущение собственное начальство, обреченное на тряску в лошадиных повозках. Кстати, подобная недальновидность едва не стоила Манхарту карьеры.

   

   Андрей Анохин


   Дополнительно по данной теме можно почитать:


ИСТОЧНИК ИНФОРМАЦИИ:

   Газета Амурская правда