Сельское хозяйство О проекте











Яндекс.Метрика


на сайте:

аудио            105
видео              32
документы      23
книги              55
панорамы       58
статьи        5789
фото           6893








Первый литературный портал:



Стихотворение
С болью сдавило мои виски...

Стихотворение
Незабудка






Статьи по теме

Народное хозяйство










Статьи по теме

Сельское хозяйство




Статьи по голоду 30-х годов:
   Голод 1932-1933 годов
   Голод середины 30-х годов










Коллективизация в Приамурье:
Часть 1
Часть 2



























Коллективизация в Приамурье

04 сентября 2019 г.

    С 1927 г. государство стало оказывать колхозам регулярную организационно-хозяйственную и кредитную помощь, в первую очередь и на льготных условиях проводилось землеустройство коллективных объединений, организовывалось льготное снабжение их сельскохозяйственными машинами и сложным инвентарем, предоставлялись скидки по сельскохозяйственному налогу. В декабре 1928 г. колхозам было предоставлено право внеочередного и бесплатного землеустройства. Колхозам отводились легко осваиваемые земли, с лучшими почвами, обеспеченные водой, лесами и путями сообщения, количество угодий, закрепляемых за колхозами, было рассчитано не перспективное развитие. Одновременно с 1928 г. усилились ограничения для индивидуального крестьянства. В 1929 г. сталинское руководство пошло на окончательный слом нэпа и расширение чрезвычайных мер. Началось закрытие рынков, по крестьянским дворам проводились обыски. Хлеб забирали не только у кулаков, но и у середняков и даже бедняков. Суды автоматически выносили решения о конфискации не только хлебных излишков, но и потребительских запасов крестьянской семьи. Наконец, в ход пошла и статья 58-19 УК РСФСР (контрреволюционная агитация). Она применялась против тех, кто осмеливался вслух осуждать насилие.

   Канун коллективизации - конец 1928 г. и особенно 1929 г. - время острых социальных конфликтов в деревне. За 6 месяцев 1929 г. в Амурском округе произошло 232 открытых выступления, в которых крестьянство выступало против эскалации насилия по отношению к деревне. За весь предыдущий 1928 г. год таких выступлений было около 60. Под выступлениями источники тех лет нередко понимают распространение антисоветских и антиколхозных слухов, выступления на сельских сходах с критикой проводимой политики в деревне, уклонение от уплаты налогов, уклонение от участия в таких акциях, как контрактация посевов, покупка государственных займов, если оно сопровождались проявлением антиколхозных настроений. В крестьянском сопротивлении имело место и прямое ответное насилие. Крестьянство, в первую очередь зажиточное, пыталось прямыми убийствами советских активистов остановить надвигающиеся перемены. 24 декабря 1929 г. недалеко от села Ново-Алексеевка был зверски убит председатель сельсовета Александр Негрун. Крестьянские теракты продолжались и в 1930-1932 гг. 7 января 1930 г. убит крестьянин-активист с. Зорине М.И Матиенко. В 1931 г. кулаками убиты председатель колхоза «Ленинский путь» Тыгдинского района С.А. Подшивалов, председатель сельсовета с.Козьмодемьяновка Тамбовского района комсомолец И.Супрун.

   В январе 1930 г. началось форсирование темпов коллективизации. Большинство районов Амурской области было объявлено районами сплошной коллективизации. Это означало, что здесь устанавливались крайне сжатые сроки объединения крестьян в колхозы - сплошная коллективизация должна была быть завершена до конца 1931 г. С января по апрель 1930 г. в колхозы загнали 54,8% амурских крестьян (в конце 1929 г. - в колхозах состояло 8,5% крестьянских дворов).

   Начавшаяся массовая коллективизация в крае создала напряженную обстановку в деревне. Зажиточные крестьяне оказывали яростное сопротивление властям. Методы сопротивления крестьян были самыми разнообразными, начиная от агитации и кончая избиениями, убийством коммунистов, колхозных активистов и поджогом их имущества. Например, зажиточные крестьяне с. Андрее-Ивановского Амурского округа 12 января 1930 г. убили и сбросили в прорубь батрака С. Мироненко, выступавшего за организацию колхоза. В с. Лебедином Зейского округа кулаки убили сельского активиста, члена сельсовета Царькова. Расправа над Царьковым вызвала взрыв гнева крестьян-бедняков в Зейском округе. Часть крестьян выступала против насильственной коллективизации, опираясь на помощь белогвардейских отрядов, которые устраивали набеги из-за границы. В Амурском округе зажиточное крестьянство заявило: «Хлеба не дадим. Можете забирать, потом вернете сторицей, когда придут наши братья из-за рубежа».

   Крестьяне прятали зерно, рискуя сгноить хлеб, распродавали имущество и уезжали из края, мотивируя это тем, что крепким крестьянским хозяйствам жить здесь стало невозможно. Происходили искусственные самораскулачивания, сриктивные разделы хозяйств.

   Любой факт защиты крестьянами своей собственности, права выжить для своей семьи квалифицировался как «вылазка классового врага». Антикрестьянская сталинская политика толкала крестьян на путь вооруженной борьбы. В некоторых местах края крестьяне уходили в тайгу и создавали вооруженные отряды, в которых были не только зажиточные крестьяне, но встречались и середняки, и даже бедняки, бывшие партизаны.

   На рост крестьянского сопротивления местные власти ответили новыми репрессиями. Только в Амурском округе окружной суд за контрреволюционную деятельность осудил 85 зажиточных крестьян, в том числе 14 крестьян приговорил к расстрелу.

   Основная работа по раскулачиванию в Дальневосточном крае развернулась и конце февраля 1930 г. Было определено к высылке около 3,5 тысячи семей кулаков, в том числе в Амурском округе - 496 хозяйств, Зейском - 467 хозяйств, в том числе семей I категории - 227, II категории -190 и 50 хозяйств - III категории. (I категория - это явно контрреволюционные элементы, организаторы и участники антисоветских мятежей, террористических актов. Они подлежали аресту и суду с конфискацией имущества. Крупные кулацкие хозяйства II категории подлежали высылке в северные малонаселенные районы края. Все остальные кулацкие хозяйства расселялись за пределами колхозных массивов -для ведения хозяйства им оставляли минимально необходимые средства производства.

   Из Амурского округа крестьяне выселялись в Николаевский-на-Амуре округ на лесоразработки и золотые прииски. Кроме того, крестьяне должны были заниматься огородничеством, животноводством, а по рекам - рыболовством. В поселках могли проживать не более ста семей (500 чел.), и поселения располагались на расстоянии не ближе 10 км друг от друга и в отдалении от погранполосы. Раскулачивание началось зимой и ранней весной 1930 г., это сделало невозможным доставить раскулаченных в намеченные участки вы селения. Поэтому в Амурском округе в первые месяцы сплошной коллективизации раскулаченные 419 семей всех категорий были переселены на окраины сел, в худшие хаты. В Свободненском районе Зейского округа 22 семьи кулаков 1 категории выселены в другие села этого же района. В дальнейшем амурское крестьянство высылалось в основном на север края, в лесозаготовительные лагеря, на различные стройки, золотые прииски, шахты. Некоторые из них попали в Сибирь, на Урал, в Казахстан.

   Раскулачивание рассматривалось как средство ускорения коллективизации и слома крестьянского сопротивления. Поэтому нередко руководство округов и районов устанавливало произвольные и завышенные цифры хозяйств, подлежащих раскулачиванию. Например, в с. Дим Михайловского района Амурского округа уполномоченный прямо на общеколхозном собрании заявил: «Нам дана цифра - выслать 19 кулаков за пределы села».

   Новая волна насилия обрушилась на крестьянство с января 1931 г. Так, в с.Верном Александровского района сельсовет дал твердые задания 15 середнякам, в числе которых были хозяйства красных партизан. В с. Ново-Покровке Ивановского района середняку Белан было дано твердое задание вывезти 13ц зерна (он вывез весь свой хлеб), но до полного выполнения задания не хватило 2 ц, за что уполномоченный по хлебозаготовкам наложил на него штраф в двойном размере - в сумме 1 520 рублей. В с. Вознесеновка Михайловского района в связи с отказом ряда середняцких хозяйств вывезти хлебные излишки по инициативе секретаря партийной ячейки и уполномоченного устроили «показательный суд» над некоторыми середняками с целью запугивания всех несдатчиков хлеба. В Завитинском районе в с. Николаевка группа середняков сорвала формирование красного обоза, заявив с угрозой уполномоченному и сельактиву: «На штурм отвечаем штурмом». Недовольство крестьян не остановило организаторов коллективизации, продолжалось насильственное выселение крестьянских хозяйств. Среди сельского населения шли разговоры о том, что «выселяют всех - и зажиточных крестьян, и середняков, и даже бедняков». Крестьяне ждали по ночам выселения, готовили сухари, одежду, резали мелкий скот.

   29 июля 1931 г. ДКИК принял решение завершить ликвидацию кулачества в крае.

   Точной цифры раскулаченных в амурской деревне в ходе коллективизации нет до сих пор. В целом по Дальнему Востоку только за 1930 г. ликвидировали и выселили 4474 крестьянских хозяйства. Но раскулачивание продолжалось и в 1931, несмотря на то, что 29 июля 1931 г. Далькрайисполком принял решение завершить ликвидацию кулачества в крае. Осенью 1931 - в начале 1932 г. власти приступили к заключительному этапу раскулачивания - когда обнаружению и выселению подлежали не только сохранявшиеся еще единоличники, но и все кулаки, сбежавшие из деревни или проникшие в колхозы. Так что масштабы выселения в 1931 г. вряд ли были меньше, чем в 1930 г. В 1930-1931 гг. в Дальневосточном крае общее число раскулаченных составило более 5 тысяч семей, большая часть которых - амурское крестьянство. По сравнению с масштабами раскулачивания в других регионах страны - цифра кажется небольшой. Но для Дальнего Востока в целом и для Амурской области, в том числе, более тяжелым следствием жесточайшего нажима на деревню стало бегство крестьян за кордон, массовая самоликвидация крестьянских хозяйств и уход крестьян в город (в промышленность), причем в колхозном секторе это явление было более сильным, чем в единоличном.

   Недовольные советской властью крестьяне, спасаясь от преследования, бежали за границу, в Китай. Так, с 14 по 17 декабря 1930 г. из трех сел Кагановичского и Тамбовского районов бежало 66 семей общей численностью 377 чел. и 15 чел. (одиночек); в ночь на 15 января 1931 г. из Гильчина - 10 семей, в том числе 2 семьи раскулаченных, 7 середняцких семей и 1 - колхозников. Крестьянам удалось захватить с собой часть имущества. 13 марта 1931 г. из двух сел Тамбовского района - 5 групп крестьянских семей в количестве 70-80 человек на 27 подводах.

   В результате раскулачивания, бегства крестьян за границу, самоликвидации крестьянских хозяйств и ухода крестьян в город (на промышленные предприятия, транспорт), паспортизации и выселения «враждебных элементов» заметно уменьшилось сельское население российского Дальнего Востока, особенно в старожильческих районах и пограничных зонах.

   Показательно сокращение населения Тамбовского района как старожильческого, с высоким удельным весом зажиточных хозяйств. За три года (1931, 1932, 1933) население уменьшилось на 28959 человек, т.е. более чем наполовину (57%). Сократилось население таких старых районов земледелия, как Ивановский, Михайловский, Благовещенский, а в Куйбышевском и Кагановическом районах за период с 1930 по 1934 г. уменьшилось в 2,5 раза.

   В целом, если накануне коллективизации в Амурском округе насчитывалось 57,7 тысячи крестьянских дворов, то в 1934 г. их осталось всего 25,8 тысячи (и коллективизированных, и единоличных). То есть 31,9 тысячи крестьянских хозяйств просто перестали существовать. Эта цифра сопоставима со всем числом хозяйств, существовавших до революции - в 1917 г. в области было 36,4 тысячи дворов.


   Дополнительно по данной теме можно почитать:

   Лучшие колхозники стали врагами народа

   Cопротивление крестьянства ком.режиму