Нэпманы Сибири О проекте











Яндекс.Метрика


на сайте:

аудио            105
видео              32
документы      65
книги              71
панорамы       58
статьи        6418
фото           7086








Первый литературный портал:



Стихотворение
Осень носит признаки потерянного детства...

Стихотворение
Герои






Разделы по теме

История Амурской области











Статьи по теме

Приамурье Советское


























Нэпманы Сибири. Частный капитал в обрабатывающей промышленности

29 октября 2019 г.

   Вернуться в содержание статьи Нэпманы Сибири

   

   Наибольшую активность нэпманы проявляли в кожевенной, пищевой, мукомольной, и прочих отраслях легкой промышленности, связанных с простейшей переработкой сельскохозяйственного и минерального сырья. Интерес частных предпринимателей именно к этим отраслям был обусловлен тем, что организация кожевенного или, например, мукомольного производства не требовала больших затрат и давала возможность быстро получить прибыль. Продукция данных предприятий пользовалась устойчивым спросом на рынке.

   Частная промышленность в 20-е годы состояла из двух групп предприятий. К первой группе относились промышленные заведения, подвергшиеся денационализации и перешедшие в частную собственность прежних владельцев. Во вторую группу входили предприятия, арендованные нэпманами у государства. Таким образом, основу частной промышленности составляли предприятия, построенные еще до войны. Очень редко нэпманы основывали новые промышленные заведения.

   Частные предприятия, возвращенные владельцам в ходе денационализации, представляли собой мелкие, как правило, полуразрушенные кустарные мастерские, не представлявшие особой ценности. Согласно декрету о денационализации бывшие владельцы могли возвратить себе все промышленные предприятия, стоимость которых не превышала 10.000 довоенных рублей.[56] Однако губсовнархозы, ответственные за денационализацию, не желали терять контроль над прибыльными промышленными заведениями. Они оказывали давление на владельца и заставляли его брать собственное предприятие в аренду у государства.

   Весьма показательна в этом отношении история хозяина кожевенного завода Ивана Алексеевича Путинцева. Путинцев имел небольшой завод по выделке кож в селе Бугры в нескольких километрах от Новониколаевска. Завод оценивался в 7000 рублей. В конце 1919 года ГСНХ зарегистрировал предприятие, однако, никаких приемо-сдаточных актов о национализации составлено не было. В последующие полтора года Путинцев продолжал работать, выполняя заказы совнархоза. В августе 1921 года ГСНХ потребовал заключить договор аренды на завод. Путинцеву пригрозили, что если он этого не сделает, то его от управления предприятием отстранят и с территории завода выселят. Предприниматель согласился, а через некоторое время узнал, что завод по закону является его собственностью. Однако договор аренды был налицо, и Путинцеву пришлось смириться с временной потерей предприятия.

   Владелец кожевенного завода надеялся, что ГСНХ все-таки вернет ему завод. Заведующий новониколаевского совнархоза Турьинский обещал это сделать как только закончится срок аренды. Но, по окончании договора Путинцев завод так и не получил. Обширная переписка между предпринимателем, ГСНХ, Сибпромбюро и прокуратурой, куда Путинцев в конце концов пожаловался создает впечатление, что с бывшего владельца кожевенного предприятия вымогали взятку. Не получив с Путинцева денег, заведующий ГСНХ сдал завод в аренду другому лицу.[57]

   Случай с Путинцевым не был единичным. Совнархозы всеми правдами и неправдами стремились сохранить контроль над более или менее ценными промышленными заведениями. Но для эксплуатации предприятий нужны были оборотные средства и грамотные, знающие люди. Ни того, ни другого в распоряжении ГСНХ не было. Поэтому совнархозы активно сдавали промышленные предприятия в аренду частным лицам, кооперативам и даже государственным организациям.

   Условия аренды были очень жесткими. Так, арендатор должен был постоянно расширять и улучшать производство. Таблица N 1 показывает, какие обязательства брали на себя арендаторы в части увеличения объема производства.

   Согласно условиям договора, арендатор, помимо налоговых платежей, должен был уплачивать ГСНХ арендную плату. Она, как правило, взималась не деньгами, а продукцией, производимой предприятием. Арендная плата по договорам, заключенным в 1921-22 гг. была чрезвычайно высока.

   Помимо арендной платы, налогов и сборов, предприниматель обязан был застраховать предприятие и наемных рабочих, а также производить текущий ремонт промышленного заведения. По истечении срока договора арендатор должен был передать предприятие государству в целости и сохранности. Сроки аренды варьировались от одного года до шести лет.[58]

   Договоры на аренду промышленных предприятий были не выгодны для нэпманов. Коммерческая выгода была минимальной, так как почти вся прибыль уходила в счет арендной платы и налогов. Заключая договор, арендаторы рисковали оказаться под судом в случае невыполнения обязательств. Выполнить же, все условия, на которых предприятие передавалось в аренду, было очень сложно, особенно пункт, касающийся увеличения объемов производства в два, три раза. Кроме того, вложив в развитие арендованного предприятия силы и средства, предприниматели через три, четыре года должны были вернуть его ГСНХ.

   Таблица Нормы повышения производительности предприятий

Производста
Кол-во предпр.
Наимен. изделия
Произ-ть до аренды
по дог-ру, 1-й год
по дог-ру, 2-й год
по дог-ру, 3-й год
Кожевенное
17
Кожи
2061
4686
6732
9306
Мукомольное
6
Мука пуд
65444
130000
145000
159000
Мыловаренное
2
Мыло пуд
2216
4800
5400
-
Меховое
2
Овчины шт.
5236
7500
-
-
Текстильное
1
Верёвки пуд
1872
2400
-
-
Стекольное
1
Стёкла шт.
92420
320000
480000
480000
Колбасное
1
Колб.изделия
2077
3600
-
-

   Таблица Арендная плата на различных предприятиях

Производства
Процент отчисления
Кожевенное
10-25
Мукомольное
2,5ф с пуда зерна
Мыловаренное
8-12
Меховое
5,5-16
Текстильное
10-16
Стекольное
13
Табачное
30
Колбасное
5

   Однако, несмотря на невыгодные условия договора, нэпманы в первые два года проявили повышенный интерес к аренде промышленных предприятий. Частники прекрасно понимали, что не смогут выполнить свои обязательства. Они заключали договора в надежде, что губсовнархозы пойдут на уступки. В большинстве случаев эти надежды оправдались.

   ГСНХ, устанавливая такие высокие нормы долевых отчислений и повышения производительности, действовали наобум, по принципу: получиться – хорошо, не получиться – тоже ничего страшного. Совнархозы редко шли на расторжение договора и преследование арендатора по суду. Дело в том, что арендованные предприятия, пусть плохо, но работали. В случае же расторжения контракта, предприятие, как правило, закрывалось. Поэтому ГСНХ предпочитали сквозь пальцы смотреть на нарушения договоров.

   Во второй половине 1922 года арендная комиссия при Сибпромбюро пересмотрела условия типового договора и существенно снизила требования к предпринимателям. Например, практически отменена была арендная плата. Несмотря на это, положение частной промышленности оставалось тяжелым. Владельцам и арендаторам промышленных заведений приходилось изыскивать различные пути, чтобы конкурировать с государственной и кооперативной промышленностью.

   Чаще всего нэпманы поддерживали конкурентоспособность своей продукции за счет сокращения расходов на оборудование предприятия. Частные промышленные заведения располагались, как правило, в старых, ветхих помещениях, без достаточного освещения и вентиляции. Предприниматели экономили на техническом оснащении. Более 40% частных предприятий вообще не имело механических двигателей, производственный процесс осуществлялся в основном вручную. [61] Вот как современник описывает типичное частное промышленное предприятие по производству махорки: "Около старого базара в бревенчатой избушке примостилась "фабрика" А. Д. Лебедева. В темном коридоре, ведущем в помещение фабрики, копошиться какая-то фигура, разбирающая груду табачных кореньев...с перебоями гудит двухсильный моторишка. Пыльно, душно, темно. Позади квартира хозяина."[62]

   Частные предприятия успешно конкурировали с государственной и кооперативной промышленностью также за счет более высокой производительности труда. По данным Е. Демчик, выработка на одного рабочего в частной промышленности, была в 1,7 раза выше, чем в государственной.[63]

   Высокая производительность труда достигалась благодаря тщательному подбору персонала. Предпринимателя очень серьезно подходили к найму рабочей силы. Желающих получить работу было очень много, поэтому нэпманы имели возможность выбирать.

   Повышение производительности труда происходило так же за счет рациональной организации производственного процесса. Согласно данным арендной комиссии Сибпромбюро, среднее число рабочих на кожевенных заводах до сдачи их в аренду составляло 25 человек, а после сдачи – только 15 человек. Между тем, как производительность большинства заводов выросла.[64]

   Условия работы на частных предприятиях были тяжелее, чем на государственных и кооперативных. Рабочий день продолжался 12-14 часов, а иногда и дольше. Рабочие, не выдержавшие столь напряженного графика, немедленно получали расчет. Однако, и зарплата на частных предприятиях была в среднем на 22,6% выше, чем на государственных.[65]

   Продукция частной промышленности неизменно пользовалась высоким спросом на сибирском рынке. Это было обусловлено несколькими причинами. Во-первых, изделия частных предприятий отличались высоким качеством. Во-вторых, внешний вид и упаковка продуктов частной промышленности радовали глаз и привлекали покупателей. До революции упаковке изделия придавали большое значение, и обыватели привыкли судить о качестве товара по его внешнему виду. В 20-е годы государственная промышленность отвергла красивую упаковку как ненужное излишество. Поэтому на фоне серых и непривлекательных изделий государственных фабрик, красочно оформленная продукция частных предприятий имела преимущество.

   Наконец, третьей причиной, по которой товары частной промышленности пользовались популярностью, была их относительно невысокая цена. Это достигалось благодаря тому, что владельцы промышленных заведений заключали договора, непосредственно с розничными торговыми предприятиями. В результате, продукция частных фирм стразу же попадала на прилавки магазинов, минуя пирамиду торгово-посреднических организаций, о которой говорилось выше.

   Объем производства частной промышленности был намного меньше объемов производства государственных и кооперативных предприятий. Тем не менее, частная промышленность играла очень важную роль в жизни общества. Она обеспечивала самые необходимые потребности населения. Без продукции частных предприятий: одежды, обуви, мыла, спичек, махорки, колбасных изделий, пива и т. п. – повседневная жизнь человека невозможна. Если прекращается производство станков или кораблей, население замечает это только через несколько месяцев или даже лет. Если же вдруг из магазинов исчезает колбаса или одежда, люди реагирует моментально.

   Польза, приносимая частной промышленностью, была очевидна. Когда в 1929 году согласно распоряжению правительства закрылись все частные кожевенные заводы, это вызвало бурю протестов у населения. Власти вынуждены были пойти на уступки, часть заводов вновь была открыта, правда, не надолго.[66] Через год почти все частные промышленные предприятия были ликвидированы.

   

   Шейхетов С. В.

ИСТОЧНИК ИНФОРМАЦИИ:

   Сайт Сибирская Заимка
   54. В. Каврайский Указ. Соч, с. 8
   55. Составлено по: Мелкая и ремесленная промышленность Сибкрая, Новосибирск, 1929, с. 24-35; Сборник статистико-экономических сведений по Сибкраю Вып. 2 Промышленность, Новосибирск, 1928, с. 320
   56. СУ ї 70, ст. 564
   57. См. ГАНО, Ф 1120, Оп. 1, Д. 220
   58. Там же Л. 4
   59. ГАНО, Ф. 918, Оп.1, Д.52, Л. 4
   60. Там же Л. 4 Об.
   61. Е. Демчик Указ. соч. с. 113
   62. Советская Сибирь 06.09.25
   63. Е. Демчик Указ. Соч. с. 114
   64. ГАНО, Ф. 918, Оп. 1, Д. 52, Л. 4 Об.
   65. Е. Демчик Указ. Соч, с. 115
   66. ГАНО, Ф 47, Оп. 1, д. 594, Л. 80