Нэпманы Сибири О проекте











Яндекс.Метрика


на сайте:

аудио            105
видео              32
документы      64
книги              71
панорамы       58
статьи        6402
фото           7082








Первый литературный портал:



Стихотворение
Твой дух

Стихотворение
Я свет...






Разделы по теме

История Амурской области











Статьи по теме

Приамурье Советское


























Нэпманы Сибири. Объективные условия предпринимательской деятельности

29 октября 2019 г.

   Вернуться в содержание статьиНэпманы Сибири

   

   Характеристика социальной группы нэпманов невозможна без детального рассмотрения их основного занятия – предпринимательской деятельности. Однако прежде чем перейти к исследованию частного предпринимательства необходимо коснуться условий, в которых нэпманам приходилось работать.

   Условия, в которых происходило восстановление и развитие частного сектора экономики в 20-е годы, можно условно разделить на две группы. К первой группе относятся объективные условия, такие как: характер сибирской экономики, степень развития инфраструктуры в регионе, экономическая ситуация в стране. Ко второй группе можно отнести субъективные причины, связанные с государственной политикой по отношению к частному предпринимательству, социальным статусом нэпманов и, наконец, активностью самих частных предпринимателей.

   В начале 20-го века сибирская экономика имела аграрный характер. В 1924 году доля сельскохозяйственной продукции в общей стоимости валового продукта составляла 78%. В сельском хозяйстве было занято почти 90% населения региона.[1]

   Структура сельскохозяйственного производства выглядела следующим образом: 55% товарной продукции давало земледелие, 25% приходилось на маслоделие, 18% на животноводство и 2% на прочие отрасли. [2]

   Промышленное производство сильно отставало от сельскохозяйственного. В 1924 году доля промышленной продукции составляла всего 22%. До революции ведущее место в сибирской промышленности (64%) занимали отрасли, связанные с переработкой сельскохозяйственной продукции. Наибольшее развитие получили: мукомольное, винокуренное и кожевенное производства. На втором месте (35%) находилась горнодобывающая отрасль. Здесь особенно выделялись: золотопромышленность, добыча соли, каменного угля и графита. Прочие вида промышленного производства были представлены слабо.[3]

   Крупных промышленных предприятий в Сибири существовало сравнительно немного. Они в основном были связаны с переработкой минерального и сельскохозяйственного сырья. Большая часть промышленных предприятий относилась к разряду кустарных и полукустарных.

   Развитие транспортной инфраструктуры находилось на очень низком уровне. Более или менее густая транспортная сеть существовала только в южных районах Сибири. К северу от Транссибирской магистрали, как и во времена первопроходцев, единственными путями сообщения оставались реки и вьючные тропы.

   Сибирская торговля также была сосредоточена главным образом в сравнительно узкой полосе вдоль Транссибирской магистрали. Здесь располагались товарные склады, различные торгово-посреднические конторы, представительства русских и иностранных фирм, а также большая часть торговых точек. Именно к этой зоне стягивались продукты вывоза со всего огромного края, отсюда расходились привезенные из Европы товары.

   За пределами этой освоенной полосы торговля носила примитивный характер и сосредотачивалась преимущественно на небольших сезонных ярмарках. Причем, чем дальше на север, тем торговые операции все больше принимали характер простого товарного обмена.

   До революции в Сибири наибольшее развитие получили хлебная, масляная, мясная и соляная отрасли торговли, а также торговля пушниной.

   Общий уровень экономического развития невозможно оценить без характеристики финансово-кредитной системы. В 1912 году в Сибири действовало несколько общероссийских и региональных банков, имевших 106 отделений и филиалов. Основные операции этих банков были связаны с кредитованием торгово-промышленной деятельности. Ставка учетного процента была довольно низкой, всего 4,5% годовых. Велика была в Сибири сеть учреждений мелкого кредита. Здесь учетный процент колебался от 7% до 12% годовых.[4] О достаточно высоком уровне развития кредитно-финансовой системы в регионе свидетельствует тот факт, что в предреволюционные годы в Сибири почти исчезло ростовщичество.

   Таково было состояние сибирской экономики накануне революции. Мировая и гражданская войны, а также связанные с ними массовые мобилизации и реквизиции, нанесли огромный ущерб хозяйству.

   Сельскохозяйственное производство переживало глубокий кризис. Посевные площади в 1921 году сократились до 4/5 от уровня 1913 года, а в 1922 – почти наполовину. В состоянии упадка находилось и животноводство. В 1922 году общее количество скота в Сибири уменьшилось по сравнению с 1916 примерно на 1/4. Тяжелее всего социальные потрясения отразились на положении маслоделия. Заготовки масла сократились более, чем в 13 раз. [5]

   В период НЭПа кризис в аграрном комплексе Сибири был в основном преодолен. Однако, по поводу уровня развития сельского хозяйства региона в 20-е годы в историографии существуют разные мнения. Так, авторы "Истории Сибири" считают, что к 1926 году аграрный сектор был полностью восстановлен. Валовая продукция сельского хозяйства даже превзошла довоенный уровень примерно на 1/5 часть.[6] По мнению иркутских исследователей М. Винокурова и А. Суходолова сельскохозяйственное производство Сибири даже к 1928 году достигло только 90% довоенного уровня.[7] Причем, если земледелие было восстановлено практически полностью, то маслоделие достигло лишь 30% от уровня 1913 года.[8]

   Гражданская война нанесла катастрофический ущерб сибирской промышленности. В 1921 году валовой объем промышленного производства составил всего 1/5 от довоенного уровня. Из 1640 крупных промышленных предприятий значительная часть была законсервирована или работала не в полную нагрузку. Наполовину сократилась добыча угля, выплавка чугуна и стали составляла лишь около 4%, а добыча золота – 3,3% довоенного уровня.[9]

   Новая экономическая политика благотворно сказалась на состоянии промышленности. Хотя, здесь, как и в случае с аграрным сектором, существуют различные точки зрения. Авторы "Истории Сибири" полагают, что в 1925/26 г. восстановление промышленности было полностью завершено.[10] Согласно данным Винокурова и Суходолова, в 1928 году валовой объем промышленного производства составил всего 70% от довоенного уровня.[11] По-видимому, истина находится посередине.

   После революции и гражданской войны изменилась структура сибирской промышленности. Снизилась с 57% до 13% доля перерабатывающих отраслей. С 35% до 70% возросла доля горнодобывающей отрасли.[12] Причем, если до революции ведущее место в горнодобывающей промышленности принадлежало золотодобыче, то в 20-е годы на первое место выходит угледобывающая промышленность. Старейшая отрасль сибирской индустрии – золотодобывающая, так и не смогла оправиться от последствий разрухи. В 1926 году было добыто всего лишь 47% золота от уровня 1913 года.[13]

   Сильно пострадали от военных действий транспортные коммуникации. Главная артерия, связывающая Сибирь с Европейской Россией – Транссибирская железнодорожная магистраль некоторое время вообще не работала. От Новониколаевска в направлении центра стояли разбитые поезда, вагоны в которых были заполнены трупами людей, погибших от холода и болезней. К осени 1921 года половина паровозов и пассажирских вагонов, четвертая часть товарных вагонов были не исправны. Были разрушены телеграфные и телефонные линии, железнодорожные пути, взорвано 167 мостов, в том числе через реки Иртыш и Обь.[14]

   К середине 20-х годов транспортная система была восстановлена. Тем не менее, ситуация в этой отрасли оставалась тяжелой. Если даже до революции, когда в Сибири проживало меньше людей, транспортная сеть не соответствовала потребностям экономики, то, что говорить о 20-х годах, когда население региона увеличилось.

   В период военного коммунизма легальная торговля в Сибири, как и в других регионах России, была ликвидирована. Но на черном рынке торговля продолжалась, причем в значительных размерах. По мнению Винокурова и Суходолова нелегальные торговцы поставляли в города в два раза больше хлеба, чем государственные заготовители.[15]

   Сразу же после введения новой экономической политики торговая сеть стала быстро восстанавливаться. Во многом это происходило благодаря частным предпринимателям, получившим свободу действий. На развитии торговли крайне негативно сказывались так называемые ножницы цен. В Сибири "ножницы цен" были даже шире, чем в целом по стране. Продукция сельского хозяйства на сибирском рынке по сравнению с изделиями промышленности оценивалась в 5-6 раз дешевле, чем до войны.[16]

   Особого внимания заслуживает состояние финансово-кредитной системы, поскольку она, на наш взгляд, оказывала наибольшее влияние на развитие частного предпринимательства в 20-е годы. В период военного коммунизма финансово-кредитная система была полностью разрушена. После перехода к НЭПу, правительство начинает предпринимать шаги к стабилизации денежного обращения. Однако оздоровить финансы удалось только к 1924 году. Предыдущие три года частное предпринимательство развивалось в условиях постоянно падающей валюты. Постепенно стала восстанавливаться банковская система. Однако восстанавливалась она уже на иных основах, нежели до революции. Экономическая целесообразность уступила место идеологическим догмам. Кредитные ресурсы стали распределяться по разнарядке, исходя из политических соображений.

   Из государственных кредитных учреждений только Госбанк и Промбанк занимались обслуживанием частных предпринимателей Сибири. Однако оба банка не могли удовлетворить потребности нэпманов в кредите. Дело было в том, что у государства не хватало средств на куда более важные дела, нежели развитие частного предпринимательства. Условия, на которых банки выдавали ссуды, были гораздо более жесткими, чем до революции. Предельный срок кредита ограничивался 3 месяцами, а годовой процент составлял, как правило, 16-18%.[17]

   Еще одним источником кредитования для частного капитала являлись Общества Взаимного Кредита. Эти организации представляли собой разновидность кредитных кооперативов: каждый член общества вносил пай и, в зависимости, от размера пая, имел право на получение кредита на льготных условиях. Пользоваться услугами ОВК могли не только их члены, но и посторонние люди и даже госорганы. Государство поощряло создание ОВК т. к. надеялось таким образом осуществить перекачку средств из частного сектора экономики. Однако ОВК очень быстро превращаются в замкнутые корпоративные органы нэпманов. Власть в обществах захватили крупные воротилы, которые получали кредит на десятки и сотни тысяч, в то время как мелким торговцам под разными предлогами отказывали в 100, 200 рублей. Представители других социальных групп и уж, тем более, государственные организации практически ОВК не кредитовались.

   Согласно уставу общества имели право также заниматься торгово-посреднической деятельностью. Торговые операции вскоре становятся главными в работе ОВК. Общества превращаются в своеобразные оптовые предприятия, управляемые крупными торговцами и промышленниками, как правило, родственниками. С ними охотно имели дело государственные предприятия. Общества, в отличие от мелких предпринимателей, выполняли свои обязательства. Естественно, что в таких условиях кредитование частного капитала отходит на второй план.

   Помимо всего прочего, ОВК в финансовом отношении были довольно слабыми организациями. Всего в Сибири на 1 мая 1926 г. функционировало 8 ОВК (до революции в Сибири существовало 21 ОВК): Омское, Новосибирское, Бийское, Томское, Красноярское, Иркутское, Барнаульское и Верхнеудинское, самым мощным из которых было Иркутское. Сводный баланс 6-ти сибирских обществ за исключением Барнаульского и Верхнеудинского достигал на 1 июня 1925 г. 1 миллиона рублей.[18] Это ничтожно мало, если учесть, что в это же время, с сентября по ноябрь оборот частной торговли составил 53437000 рублей, т. е. почти в 55 раз больше.[19] Неудивительно, что доля средств, полученных частными торговыми предприятиями от ОВК, не превышала 3% от их оборота.[20]

   Наряду с банками и ОВК частников кредитовали государственные и кооперативные предприятия. Нэпманы получали товары в кредит на срок от 2-х недель до 75 дней.[21] Процентная ставка в этом случае колебалась от 12 до 15%.[22] Частные фирмы также отпускали товар в кредит друг другу. Причем процентная ставка в этом случае составляла от 0 до 36% годовых.[23]

   В условиях дефицита средств процветало ростовщичество. Крупные предприниматели охотно раздавали деньги в рост. Пускать накопленные капиталы в оборот было рискованно и, потом, в этом случае они подлежали обложению. Отданные в рост капиталы приносили стабильный и высокий доход, т. к. процентная ставка здесь доходила до 20% в месяц.[24]

   

   Шейхетов С. В.

ИСТОЧНИК ИНФОРМАЦИИ:

   Сайт Сибирская Заимка
   01.М. Винокуров, А. Суходолов Экономика Сибири 1900-1928 гг. Н-ск, 1996, с. 121
   02. Там же с. 121
   03. Там же с. 152
   04. Там же с. 297
   05. История Сибири т. 4, Л. 1968, с.177
   06. Там же с. 189
   07. М. Винокуров, А. Суходолов Указ. Соч. с.117
   08. Там же с. 142
   09. История Сибири т. 4, Л. 1968, с.190-191
   10. Там же с. 220
   11. М. Винокуров, А. Суходолов Указ. Соч. с. 154
   12. Там же с. 153
   13. ГАНО, Ф. 22, О. 1, Д. 38, Л. 71 об.
   14. Е. Демчик Частный капитал в городах Сибири в 1920-е годы, Барнаул 1998, с. 23
   15. М. Винокуров А. Суходолов Указ. Соч. с.274
   16. История Сибири т. 4, Л. 1968, с.203
   17. Е. Демчик Указ. Соч. с. 102
   18. ГАНО, Ф. 725, О. 1, Д. 39, Л. 22 об.
   19. Там же, Л. 16 об.
   20. ГАНО. Ф. 659, Оп. 1, Д. 294, Л. 67
   21. ГАНО. Ф.725. Оп. 1, Д. 39, Л.22 об.
   22. ГАНО. Ф. 1073. Оп. 1а, Д. 46, Л. 61 об.
   23. ГАНО. Ф. 1073. Оп. 1а, Д. 46, Л.61 об.
   24. ГАНО. Ф. 725, Оп. 1, Д.39, Л.18