Аудио и радио архив О проекте











Яндекс.Метрика


на сайте:

аудио            105
видео              32
документы      69
книги              71
панорамы       58
статьи        6569
фото           7144








Первый литературный портал:



Стихотворение
Давай, когда взойдёт луна...

Стихотворение
Я очень светлый и хороший человек?...






Разделы по теме

История Амурской области











Статьи по теме

Исторические реликвии
















Краеведческий радиосериал «Амурские волны»
Передача 60: Август 1945. Капитуляция не значит прекращение войны

18 декабря 2015 г.




   

   

   

   

   Собеседник: Сергей Орлов, руководитель проекта "Историческая память в Приамурье". Ведущий: Михаил Митрофанов

   Дата выхода в эфир радио "ЭХО Москвы. Благовещенск" - 20 августа 2015 года

   

   

   Расшифровка:

   Михаил Митрофанов – Уважаемые слушатели, здравствуйте! Это «Эхо Москвы в Благовещенске». В студии Михаил Митрофанов. Наш краеведческий радиосериал «Амурские волны» продолжается. Сегодня мы снова беседуем с руководителем проекта «Историческая память в Приамурье» Сергеем Орловым. Сергей Михайлович, добрый день!
Сергей Орлов – Да. Амурская область… Вот это направление с севера – не было главным направлением боевых действий войск. И группировка здесь была не такая сильная. Общий состав войск 2-ой КА порядка 67 тысяч человек. С учетом того, что взяли они в плен более 30 тысяч человек, это значительный успех для таких войск. Кроме того, здесь не было войск, которые участвовали в Великой Отечественной войне, все соединения были сформированы здесь. В чем исторический вклад? Ну, так произошло, что ультиматум командующему Квантунской армией был передан маршалом Василевским с территории Амурской области. Погодные условия не позволили главкому долететь до Хабаровска, он был сделать вынужденную посадку в Тахтамыгде, выдвинулся в Сковородино, и оттуда он передал требование о капитуляции. Это факт исторический. А Терёхин, он обошел группировку. Были уже и передачи токийского радио в то время, 16-го он окружил, император к этому времени тоже сообщил, точнее мнение императора было доведено до нации. Наши войска тоже знали об этом, но сопротивление продолжалось, несмотря на вроде бы прямые приказы о капитуляции, активные боевые действия продолжались до конца августа на некоторых направлениях. Что касается Курильских островов, курильскую десантную операцию начали только 18 августа. При этом она происходила при активном сопротивлении со стороны японских войск. Поэтому 16-го Терёхин фактически обошел 123-ю пехотную дивизию, в эту ночь готовились захватить Суньу. Кстати, там есть такое замечательное место, мост через реку Суньбэлахэ. Мост, за которым находится Суньу, был тоже разрушен. Так вот, ночью пришло к этому мосту порядка 500 местных жителей, которые под огнем помогали советским войскам восстанавливать мост и обеспечивать переправу.
ЦИТАТА: ПОРУЧЕНИЕ. Штабский офицер при комендатуре Сахалянской провинции майор Мицуо Катаяма. Я посылаю вышеуказанного штабского офицера в качестве курьера в вашу часть и поручаю ему вести переговоры о следующем вопросе: условиться друг с другом, остановить войска на тех пунктах, где мы останавливаемся в Сахалянской провинции к настоящему времени 16 августа. Прошу принять его. Комендант Сахалянской провинции генерал-лейтенант Тейджиро Китазава. В 23:50 16-е августа 1945 года.
Сергей Орлов – 17-го утром к Терёхину прибыли японские представители от генерала Китазавы. Я не знаю, лично ли Терёхин писал этот ультиматум…
Михаил Митрофанов – Ну, там рукописный документ…
Сергей Орлов – Да, рукописный. Это очень важно. Мы сейчас видим живые документы. Возможно, это кто-то из офицеров писал. Но то, что это диктовалось (там есть и ошибки, исправления) – это происходило именно там и тогда. Это не был такой заранее заготовленный пакет документов, шаблонов, которые на все случаи…
ЦИТАТА:
Коменданту Сахалянской провинции генерал-лейтенанту ТейджИро КитазАва
Заслушав ваших парламентёров, требую:
Прекратить военные действия всех японских войск, манчжурских и белогвардейских отрядов на территории Сахалянской провинции к трём часам дня Хабаровского времени 17 августа 1945 года.
Наметить пункты сосредоточения войск, манчжурских и белогвардейских отрядов. О путях сосредоточения войск поставить меня в известность к трём часам дня Хабаровского времени 17 августа 1945 года.
Оружие должно быть сложено и передано по указанию командования Красной Армии.
С трёх часов дня Хабаровского времени 17 августа 1945 года вооруженным силам Японии, Манчжурии и белогвардейским отрядам воспретить порчу железных дорог, мостов, складов, запасов снаряжения, вооружения и боеприпасов, и прочих предприятий и сооружений.
В случае невыполнения моего требования ваши войска, манчжурские и белогвардейские отряды будут уничтожены, за что вы несёте персональную ответственность. Сопротивление ваше бесполезно и приведёт к лишним жертвам.
Всем сложившим оружие гарантирую жизнь и безопасность
Генерал-лейтенант Терёхин 11 часов 10 минут Хабаровского времени, 17 августа 1945 года. Город Сун-У

Сергей Орлов – На войне происходят вещи, и вот они тогда это требование капитуляции писали. Там есть одна такая особенность – «японских, манчжурских войск и белогвардейских отрядов» - это такая малоизвестная часть картинки этой войны. Хотя свидетельства наших разведчиков, что среди японцев были русские, есть такие свидетельства. Например, в Хамардзинском узле сопротивления было перекрикивание, и со стороны японцев такое психологическое воздействие, что вы там берегите своих солдат 1926 года рождения, потому что мы завтра их всех поубиваем. Причем, как утверждают слушатели с нашей стороны, это было написано в документах, это говорилось на хорошем русском языке. К сожалению, был и этот аспект войны, который, кстати говоря, мало изучен. И мы понимаем, что к сожалению во время этой войны и после нее пострадало очень много наших сограждан, котрые там находились по разным обстоятельствам: и те, кто сознательно ушел в эмиграцию, а кто-то там жил и родился, часть тех, кто работали и приходили работать в период КВЖД – очень разные люди. Ну, а боевые действия продолжались до последнего. Вот сейчас у нас есть мемориал, и если мы смотрим на мемориале захоронение офицеров 3-й стрелковой дивизии, практически у всех дата гибели как раз 17-е число. То есть, несмотря на начавшиеся переговоры о том, чтобы капитулировать, продолжалось сопротивление, и военнослужащие гибли. Последний амурчанин, нам известный, погиб от действия разведывательной диверсионной группы 2 сентября.
Михаил Митрофанов – Это на территории Китая было?
Сергей Орлов – Да. Это было в Суньу. Отдельные японские подразделения продолжали сопротивление, находились на этой территории. Потом они объединились с рядом банд «хунхузов», гаминьдановцев… На сегодняшний день историки не пришли к общему выводу, сколько на самом деле японских военнослужащих ушло и продолжало сопротивление. Ушло на юг Китая. Эти цифры некоторым образом разняться, но их было достаточно много. То есть продолжалось сопротивление некоторых японских подразделений до 1946 года включительно.
ЦИТАТА: Из протокола допроса командира 135-й пехотной бригады генерал-майора ХамАда ДзюноскЭ, капитулировавшего в 16:00 21 августа 1945 года.
«…По показанию пленного… батальон смертников состоял из штаба и трех пехотных рот. Вооружение: винтовки, основное штык и граната. Каждый смертник имел по 6 гранат. Тактическое применение смертников, обычно действуют ночью, подползая под танк, и взрываются вместе с танком. Кроме того, они имеют назначение – нападение на большие склады, штабы и артиллерию большой мощности. Появление смертников в японской армии вызвано недостатком техники. Батальоны формировались по принципу специального отбора физически здоровых и с крепким моральным духом солдат.
…На вопрос чем объясняет генерал, что он воспринял чрезвычайно тяжело приказ императора о полной капитуляции. Пленный ответил, с началом военных действий мы дали в письменной форме – умереть, но защищать свои позиции, однако своей клятве изменили. На то обстоятельство, что, несмотря на его заявление, мы имеем из его части пленных, он ответил, что сдавшемуся в плен солдату у него сейчас имеется желание оторвать голову».

Михаил Митрофанов – Сергей Михайлович, вы не раз упомянули Суньу. Не могу не спросить: отряд 731, известное подразделение, часть, которая занималась разработкой, испытанием бактериологического и химического оружия. Довольно серьезные были запасы вооружений таких у японцев. Почему они их не применили? Что-то помешало?
Сергей Орлов – Я скажу так: не думаю, что здесь некое миролюбие. Основная масса исследователей примерно следующим образом говорит об этом, что помешала японская бюрократия. То есть, существовало на применение отдельных видов вооружения…
Михаил Митрофанов – То есть не было дано команды?
Сергей Орлов – Скажем так, не успели дать команду. То есть, нужна была команда свыше, на применение боеприпасов химического или бактериологического оружия команды должны были подаваться из Токио. Токио было страшно дезорганизовано. Приказы, которые они отдавали, иногда вызывают сегодня недоумение. Например, приказ, который был отдан 14-го числа, когда уже оформлялось решение императора, а на самом деле все началось раньше, уже 10-го прошли все ноты… был период такого бюрократического оформления. 14-го числа квантунцам был дан приказ, который звучал, я примерно текст говорю: «уничтожить знамена, портреты императора и важные секретные документы»… Что японцы до последней минуты и делали. Поэтому чаще всего мы получали все без архивов, и редкий исследователь может сослаться на какой-то японский документ, в основном это у нас работа наших следователей разведотделов, работа разведчиков, допросы – вот этот материал дал возможность потом построить более точно картину. Причем есть очень четко, штаб квантунской армии представил список частей, не помню общее количество, но порядка 600 частей в этом списке не было. Штаб квантунской армии сослался на то, что он не знает, не получает от них информации, судьбу этих частей не знает. А вот эти подразделения бактериологической войны – об этом вообще у японцев не было. На допросе генерал-лейтенанту Китазава предъявляют, мол, мы тут у вас на аэродроме Суньу обнаружили химические боеприпасы.
Михаил Митрофанов – А он говорит, я ничего не знаю?
Сергей Орлов – Ответ был такой (я надеюсь, что там добросовестно следователь записывал): «У нас здесь химических заводов нет, поэтому что это и откуда, мы не знаем». Ему говорят, а вот огнеметные средства. И предъявляют захваченный огнемет. Он говорит: «Вызовите мне поручика какого-то». Задает вопрос поручику – откуда? Да вот, вы помните, нам прислали. И здесь вот это не мое… И почему он не знает, что у него филиал «Отряда» находится? На самом деле часть филиала, который находился в Суньу, их только потом догнали наши разведчики, уже южнее Суньу пленили их.
Михаил Митрофанов – То есть они уходили?
Сергей Орлов – Да. Они подожгли полностью все свои постройки. Часть животных разбежалась. И китайская сторона до сих пор утверждает, что вот многие вещи занесены были тогда, потому что уничтожалось все.
Михаил Митрофанов – Бактериологическое оружие?
Сергей Орлов – Да. Уничтожались, в том числе и подопытные животные, уничтожались те, кто у них там находился, так называемые «брёвна» (сейчас этот «термин» общеизвестен). Я привожу в этом смысле пример обычного вооружения. Например, большинство мин противотанковых японских наши войска захватили на складах. Спрашиваю, в чем проблема? Они говорят, ну, не было приказа со штаба Квантунской армии. Он мог не появиться в результате вот той некоторой сумятицы, которая происходила. Могли не запросить. Но так работала японская армия.
Михаил Митрофанов – Может быть, каким-то образом здесь сказалась ядерная бомбардировка 6 и 9 числа? На эту сумятицу, на принятие решений… Ведь уже 10-го было объявлено, что Япония готова пойти на Потсдамские соглашения. После Нагасаки это произошло…
Сергей Орлов – Давайте отличать, что впереди, что потом. Вообще, Маньчжурскую операцию и те операции которые провели Советские войска, увязывать плотно с ядерными бомбардировками как бы нельзя, не корректно. Операция готовилась много месяцев. Войска приводились в боеготовность, утверждались решения в период еще 21-27 июня. Еще никаких бомбардировок. Было известное письмо 31 июля от Трумэна Сталину, где он по полочкам раскладывает, что вы не нарушаете никакого международного права, вступая в войну. Кстати, наша дипломатия именно требовала этого, потому что понимали. Что рано или поздно возникнут вопросы. Мы на обособленном театре воевали, континентальном. Безусловно, союзники получили информацию, но она была с определенной степенью ограничена. Мы не рассказывали все союзникам. Кстати, еще в Тегеране обсуждался вопрос, а что делать с китайцами, сообщать им или нет. Наши китайские союзники получили информацию по факту. Они даже не были предупреждены о готовящейся операции. И в Ялте это было четко оговорено. В документах говорится, что мы сообщим китайской стороне. Тут даже не о недоверии речь – чистый практицизм. Такую операцию когда готовят, принимают любые меры для того, чтобы это было секретно…
Михаил Митрофанов – Сергей Михайлович, мы сейчас прервемся, а уже о капитуляции поговорим при следующей встрече. Спасибо вам!
Сергей Орлов – Спасибо!


   Дополнительно по данной теме можно почитать:


ИСТОЧНИК ИНФОРМАЦИИ:

   Официальный сайтЭхо Москвы в Благовещенске